Я уселся прямо под дверь. Конечно, в идеале, эксперимент требовал повторения в точно таких же условиях — то есть без мощного препятствия в виде каменной древесины, которая, скорее всего, сильно ослабит эффект… но уж как есть.
Честно говоря, сосредоточиться было сложно. Звуки снаружи нервировали, сбивали спокойное течение мыслей и концентрацию. Тревога усугублялась тем, что я все еще не знал, сколько времени уйдет на переход — Диомеде понадобилось семь часов, и все это время я тоже без дела не сидел… но даже приблизительно я не мог прикинуть, сколько еще осталось. Может, пара минут. А может — пара часов. И уж тем более я не мог сказать, сколько времени выдержит дверь в подземелье. Если сломается слишком рано — что ж, значит, не повезло. Будем прорываться, как есть.
Напарница отошла от меня вглубь коридора на пару десятков шагов и отключила духовное восприятие. Теоретически, этого должно хватить, чтобы ей не ударило по мозгам так же, как мне полчаса назад. Ну а если не хватит… план прорыва (ну, первые пара шагов, а потом голая импровизация) обговорен заранее, да и немного времени, чтобы очухаться, у Диомеды будет. Наверное. К тому же, после ее прорыва мы, быстро шагая по коридору, разменяли одну из полученных Бронзовых монет и закупились еще тремя гранатами — чисто на всякий случай. Теперь у каждого из нас их было по две штуки: со стихией Жизни и со стихией Холода.
К счастью, слишком долго ждать не пришлось. Сложно сказать, сколько конкретно времени прошло, но, по ощущениям, от силы минут двадцать — дверь еще держалась, хоть и скверно потрескивала под неутихающим энтузиазмом монстров. В этот раз я успел уловить момент перехода — и резко остановить поток втягиваемой Ци. Я даже успевал замедлить Контролем тот объем, что рванулся ко мне — можно было слегка приглушить звук колокола… но зачем?
В этот раз боль была куда терпимее, чем при переходе на Бронзу. Заметно развившееся с тех времен духовное тело пережило удар куда спокойнее, хоть и пришлось слегка стиснуть челюсти и напрячься, сдерживая нахлынувшую волну. Не успела боль отступить до конца, как я уже вскочил на ноги, готовый немедленно действовать.
Прислушавшись к тишине за дверью, я предвкушающе улыбнулся.
Пока я возился с брусом, запирающим дверь, Диомеда как раз успела добраться до меня из глубин коридора и встать рядом, с мечом наизготовку в одной руке и гранатой в другой.
Дверь распахнулась с ощутимым трудом — в результате мощных ударов она слегка покосилась, даже будучи плотно втиснута в дверной проем (чудо еще, что с петель не слетела). Ну а за дверью нашим взглядам открылось… странное.