— Спасибо, мужики, — пробормотал я, проклиная свое косноязычие. Потому что сейчас было самое время сказать какие-нибудь хорошие слова, но я не мог придумать ничего стоящего, кроме этого корявого «спасибо». Само собой, богов так не благодарят, но все, что подсказывала мне память для подобных случаев, начиналось со «слава тебе, боже» и заканчивалось на «Аминь».
Но мои боги — не рисунок на иконостасе. Скажи я им что-нибудь подобное, так и отматерить могут.
— Даже говорить не о чем, — сказал мне Шива в ответ, и, насмешливо улыбнувшись, крикнул: — Оракул, твое человеческое тело силой мысли не перемещается! Двигай конечностями, о наш отважный соратник!
— И зачем только он в это ввязался, — тихо проговорил я Нергалу, наблюдая со стороны, как тощая и сутулая фигура Оракула тащится нам навстречу.
— Затем, Даня, что, если бы Оракул не ввязался, Сотот едва ли открыл бы нам колодец чудес, — кивнул он в сторону мерцающего портала.
Я вздохнул.
Не стал говорить, что в целом я и сам догадывался о такой вероятности. Но тем не менее все это никоим образом не отвечало на мой вопрос.
За нашей спиной Сотот еще раз провозгласил амнистию всем, сложившим оружие, и начал говорить о грядущем завершении войны Ареса.
— Поскольку Азатот, как только придет в себя, начнет постепенно притягивать и поглощать разрозненные частицы своего естества, эта проблема в ближайшие пару лет постепенно разрешится сама собой, — рокотал он. — А значит, нашей единственной заботой на самом деле является порядок взаимодействия великих семейств бессмертных с людьми и друг с другом…
— Вот и начался новый виток, — задумчиво сказал Нергал.
— Виток, может, и новый, — усмехнулся Шива. — Вот только боги старые. А из старого козла, как известно, иноходца не сделаешь.
— Ну и какие планы на ближайшую тысячу лет?
Шива пожал плечами.
— Может, в какой-нибудь донорский мир схожу… Если выживу, конечно.
— Вот уж точно не тебе об этом беспокоиться, — заметил я. — Эреб по сравнению с тобой как карлик рядом с циклопом.
Шива усмехнулся.
— В этом мире — возможно. Но мы отправляемся туда, где он — верховное божество, единовластный правитель и творец всего сущего. Это почти как забраться в чужой кошмар, где правила и обстановка меняются в соответствии с желаниями сновидящего. Считай, нам предстоит добрая схватка с Сототом, Азатотом и Оракулом в одном лице…
Я изумленно присвистнул.
— Да ладно?..
— Не даром же твой друг Сет так рвался составить нам компанию, — отозвался Нергал.
Тут к нам, наконец, подошел Оракул. На губах у него то и дело проступала смущенная улыбка.