Битое стекло жалобно хрустнуло у меня под ногами, но тем не менее приземление оказалось мягким. Только по всему телу прошла горячая волна.
И тут наперерез чужаку из зарослей кустарника кубарем выкатился Та’ки. От его лап в разные стороны по мокрым булыжникам разлилась малахитовая зелень.
Вор словно прилип к зеленым камням подошвами. Он дергался, поскуливая и ругаясь, но не мог сделать ни шагу. А через мгновение из-за угла показались Янус с Азрой и Майей.
Тяжело дыша, я остановился, все еще сжимая в руке ножку от стула. Моя задача была выполнена.
— Где он был? — спросил у меня Янус.
— У тебя в кабинете, — ответил я. — Какую-то книгу спереть пытался.
Вор обернулся и смерил меня ненавидящим взглядом.
— Проклятый обрезок!..
Оценив мой внешний вид, Ян расхохотался в голос:
— И ты его взял прямо так?..
— Что было под руками, тем и вооружился! — буркнул я.
— Самородок, — усмехнулся Азра, покосившись в мою сторону.
Тем временем Янус почти вплотную подошел к воришке.
— Герб школы «Скользящего танца», — проговорил он, взглянув на нашивку. — Какая прелесть. Ну и что же ты хотел у меня найти?
Прыщавый тяжело задышал, но на вопрос не ответил.
Тем временем из жилого корпуса к нашему месту происшествия уже примчали остальные ученики. Они окружили лазутчика, с любопытством поглядывая на Януса и ожидая его решения.
— В колодец гарута его, — сказал, наконец, наш магистр. — Пусть посидит до моего возвращения. И обеспечьте караул, здесь и в главном корпусе. На этом все. Рыжий, Кассандра и Даниил — со мной в кабинет.
Янус быстрым шагом направился к крыльцу, и мы, переглянувшись, поспешили за ним.
— Я заметил, у него там башка подбита, — на ходу заговорил Ян, как только двери за нашими спинами закрылись.
— Кася подлечит, — пообещал Рыжий.
— У нее свой язык есть, чтобы отвечать! — строго осадил его Ян.
— Я подлечу, — эхом повторила девушка.
— Только не сильно надрывайся, пусть прочувствует весь процесс по полной. Поняла?
— Да, — отозвалась Кассандра.
— Все, свободна, — сказал Ян, сворачивая на лестницу. — А вы оба — дальше за мной!
— Сурово ты с ним, — улыбнулся рыжий.
— Ничего, не растает.
— А что такого-то? — непонимающе спросил я.
— Да рука у нее тяжелая, — объяснил рыжий. — Когда она у нас рану Азре вылечила, тот орал на всю школу погромче нашего грифа. А потом заявил, что с такой лекаркой, как у нас, никакой пыточной не нужно.
— А кстати, почему наш гриф не заорал, когда чужой приблизился к воротам? — спросил я.
— Тебя только это удивляет? — хмуро заметил Ян. — А то, что вор явился в корпус как раз в тот момент, когда я вышел из него, а все остальные ученики еще не проснулись, тебя не смущает?