Яд этот оказался на удивлении коварным и его влияние нарастало лавинообразно. Прежде, чем я взял под контроль свои энергоканалы, они сузились до столь незначительной величины, что я, по сути, перестал быть магом. Пожалуй, в моей любовнице Вилете имелось больше магической силы сейчас, чем таковой осталось во мне. Теперь сомнений не оставалось: это подстроил магистр Аргус! Зачем? Он рассчитывает, что я не выйду из этого состояния к завтрашнему дню и приду в магистрат полностью несостоятельным как маг?
Ответ на этот вопрос я получил через несколько минут борьбы с неведомым ядом: скрипнула входная дверь внизу и на лестнице зазвучали шаги. Послышался тихий голос моего слуги, ворчание Аргуса Хармса, чей-то грубоватый голос еще следом на скрипнувшей половицей. Теперь мне все стало ясно: Хармс играл по-крупному. Он вовсе не рассчитывал на мою несостоятельность завтра — он пожелал решить вопрос со мной сегодня и пришел за моей жизнью. Иначе нельзя было объяснить его ночной визит и предательство моего слуги. Какой же дурак Келоб? Неужели повелся на деньги? Если Аргус пришел за моей жизнью, то он вряд ли оставит свидетеля.
Я попытался встать. Это было непросто — тело не слушалось. Даже мой магический шаблон «Усы Тигра» особо не помог. Он брал совсем немного ресурсов, и это, пожалуй, единственное, что я мог сейчас сделать. Ну разве, что еще один удар кинетикой средней силы. Боги, нет ничего хуже, чем собственная беспомощность! Прежде чем распахнулась дверь, я успел несколько оживить свои мышцы и взять со стола нож, обычный, столовый, увы, не отличающийся остротой. Впрочем, если бы этим ножом мне пришлось бы резать глотку магистру Аргусу, то я, наверное, испытал бы удовольствие именно от тупизны данного орудия.
Створка двери распахнулась от сильного удара — по ней пошла трещина. На пороге, нагло ухмыляясь, стоял неизвестный мне верзила, широкоплечий, рослый, этак на полголовы выше меня. Левее него появился Гароп, вмиг наведя на меня арбалет. И лишь за ним великий магистр Хармс Аргус, пытаясь спрятать напряжение за нервной улыбкой. Я знал, что он меня боится. Боится, потому что Аргус на самом деле хороший маг и понимает, чего я стою. В этом мире меня могут не бояться только мои друзья или дураки.
— Ох, Хармс, если вы к ужину, то несколько опоздали. Как раз с ним покончил, — усмехнулся я, пытаясь держать правую руку так, чтобы нож в ней был незаметен.
— Я надеюсь, ты, Эргил, вполне насытился без нас и готов к важному разговору, — входя следом за верзилой, магистр бросил взгляд на стол, наверное, убеждаясь, выпито ли мной отравленное вино.