«Оторвались» .
Ласковый, полный нескрываемого безумия голос раздался в голове Карла.
Бывший учёный остановился, оглянувшись на мимо проходящую толпу, занятую своими делами. Холодно улыбнулся, вновь отправившись восвояси.
Казалось, будто ничего и не произошло.
Викарий Церкви исцеления почти всегда молилась. В некотором роде предполагалось, что это будет едва ли не главным её предназначением. Та, у кого должно было быть не так много власти, но та, кто в случае чего смогла бы попытаться направить Церковь в нужном направлении и сгладить углы там, где нужно.
К несчастью, от изначальной задумки мало что осталось.
Её слово уже было подобно закону. Сдерживающий механизм в виде Хора в том виде, в котором задумывался, больше не существовал.
Теперь она не просто могла попытаться направить Церковь исцеления в каком-то направлении. Теперь её слово и было словом Церкви.
Наконец, молитвы, которым она посвящала львиную долю своего времени, пытаясь сдержать всё растущее внутри неё чудовище…
Больше не играли столь важной роли.
— О Бесформенный Идон, ты слышишь мой голос?
Голос женщины был полон ласки, невиданного спокойствия и умиротворения. Она больше не испытывала той невыносимой боли, на душе была лёгкость, про которую она давным-давно забыла.
Амелия смотрела на руну, символ Великого, интерпретацию его голоса . Тот, кто защитит их Церковь от могущества Песочного человека, сдержит его, позволит подготовиться и ударить.
Кто бы мог подумать, что ситуация примет столь неожиданный оборот…
По, казалось, всей Церкви прошёл холодный ветер. Наблюдавшая со стороны Ибраитас, некогда обращённая птумерианка, ещё помнившая былое, задрожала, пытаясь предупредить Амелию, но не могла.
Было слишком поздно.
На лицо Амелии вылезла слабая, спокойная улыбка. Половина её лица исказилась, приняв облик чудовища. Она уже не была собой, но пока этого просто не заметила. И, возможно, больше никогда не заметит.
События лишь набирали обороты.
В замке Кейнхёрст впервые за долгое время был праздник. Настоящий.
Многочисленные слуги украшали замок, настроение нечистокровных чем-то напоминало эйфорию от праздника крови, но намного сильнее. Они чувствовали радость королевы. Столь сильную радость, что просто не могли сдержать широких, пугающих улыбок.
И у намечающегося праздника была вполне конкретная причина.
Долгожданная беременность королевы. Дитя Крови, что должно появиться уже совсем скоро. Наследник, который сможет повести их грязный род дальше.