— Артефакт для поиска ни у кого не завалялся? — уныло спросила я.
Ворлиан, укутанный в теплый плащ, так и сидел на раскладном стуле, будто режиссер фильма, и наблюдал с непонятным выражением лица.
— Ничего нет. Придется самим, — без толики сочувствия ответил он.
— Мы здесь до весны окопаться можем. Вещи Елены могут быть где угодно, хоть в том заваленном склепе, хоть у нас под ногами. Есть вероятность, что я их молниями повредила, пока выжигала неупокоенных.
— Это вряд ли, волшебные вещи нельзя просто уничтожить, они вечны, как Лукоморье, — улыбнулся директор.
— Кстати, никто не знает, как образовался сказочный мир? Это же загадка в загадке. — Своевременные вопросы у меня, конечно, ничего не скажешь. Успели повоевать, помереть, и только сейчас я их задаю.
— Теория возникновения Лукоморья гласит: люди множество веков рассказывали истории, истории наполнили мир, — решил реабилитироваться Бальтазар. И к нему голос в голос присоединилась Баст:
— Когда в людском мире историям стало тесно, они создали свое пространство для жизни.
— И кто это придумал? — удивилась я.
— Свинописцы, — бодро ответил кот и покосился на директора. — Простите, летописцы, конечно летописцы.
Металлоискатели говорили на разные тона, производили своеобразную музыку. Фигуры друзей в сумерках вызывали меланхолию. Не знаю, что делать. Брать лопату и просто копать первое попавшееся место неэффективно. Возможно, стоит все же поговорить с мертвыми, вдруг сами проболтаются.
— Почти стемнело, и довольно холодно, я скоро уведу Антона заниматься. — Бастет сложила передние лапки на хвост и помялась: — Его достижения по переносу тела в разные точки мира колеблются, никак не закрепить, пока его эмоциональный фон в плачевном состоянии. Я рекомендую ему больше общаться с Братаном и этой девушкой-жнецом. Они его стабилизируют.
— Ты лучшая ученица Ларисы Петровны, — ласково улыбнулся Ворлиан. — Она скучает по тебе.
— Она интересная и добрая, директор, но без крайней необходимости я не посещаю стены Академии, — нейтрально отозвалась кошка.
Они говорили о старенькой учительнице психологии в Академии, Бальтазар как-то рассказывал. Ее «пригласили» преподавать излюбленным методом рекрутов, который директор не одобрял, — обманом и дурманом, но женщина смогла понять, простить и осталась с котами насовсем. Насколько я знаю, она не покидала Академию по своей воле, решила, что этот сказочный мирок ей подходит больше суетливого реального мира.
— Ворлиан, вы приставили Бастет к Тохе, но корпорация не объяснила, зачем он им нужен. Он ведь не сказочный, — подумала я вслух.