Буквально с первых же секунд рукопашной схватки я с ног до головы оказался залит кровью. По большей части, к счастью, чернильной чужой, но местами истекал и алой своей, в основном из царапин от когтей тварей на открытых щеках и руках. И лишь благодаря глубоко натянутому на голову кожаному капюшону — ну и везению, разумеется — в образовавшейся вокруг когтистой толчее я не лишился ушей и глаз.
Со зловещим урчанием напирающие со всех сторон когтистые ублюдки, бесстрашно бросаясь под топор и гибли на моем пути десятками. Зато еще больше других зомби, которых я физически не успевал уже срубить на своего пути, безнаказанно мертвой хваткой впивались в мою одежду — благо их длинные когти, применяемые на манер рыболовных крючков, мгновенно цеплялись за любую часть моего тела или остатков одежды, до которой только получалось дотянуться.
Однако с каждым рывком вперед мне приходилось прикладывать все больше отчаянных усилий, чтоб вырываться из смертельных тиков навалившихся преследователей. И все чаще, увы, совершенный ценой неимоверных усилий двойной-рубящий удар, сносящий с пути провалившуюся тут же под ноги толпе жертву, вместо следующего славного рывка в намеченной цели, оборачивался досадным пшиком. Когда взрывным ускорением ни на миллиметр не удавалось одолеть сопротивление вцепившихся отовсюду когтистых лап, и отрывшаяся было на считанные мгновенья брешь во вражеском строю захлопывалась тут же навалившимися с двух сторон зеленокожими урчунами, сомкнувшими строй над телом погибшего собрата.
Отчаянье захлестнуло меня горькой волной, когда налившиеся вдруг неодолимой свинцовой тяжестью ноги отказались напрочь повиноваться, и сорвавшийся рывок вперед привел к потере шикарной прорехи на месте сразу пары срубленных почти подряд зеленокожих. Уж не знаю, что явилось причиной подобного конфуза. Может чрезмерная усталость, вкупе с кровопотерей. А, возможно, начало уже в полный рост сказываться отравление трупным ядом зеленокожих ублюдков, черная тухлая кровь которых неоднократно смешивалась со свежепролитой моей в многочисленных царапинах.
К счастью, начавшееся онемение в ногах продлилось не долго и исчезло так же вдруг, как и началось. И хотя за секунды вынужденного простоя я оказался в несколько слоев обложен когтистыми лапами облепивших со всех сторон зомби, восторг от вернувшейся чувствительности ступней оказался столь силен, что отчаянным усилием всего тела, и под треск глобально рвущейся кожи плаща, я крутанулся градусов на девяносто вокруг своей оси, закрутив и повалив под ноги разом с пяток повисших на мне безобразными гирляндами прилипал. Взметнувшийся тут же вверх и заработавший, как отбойный молоток, топор начал разить отшатнувшихся на пару секунд зеленокожих двойным-рубящим направо и налево.