Ведь баронесса обещала перенос пита сюда из хранилища одновременно со мной. Значит, мой рогатый летун тоже уже рыскает где-то здесь. Но аномалия, похоже, немаленькая, и нас с питом раскидало в ней на значительном удалении друг от друга. Чутье питомца обязательно рано или поздно приведет его к хозяину. Мне же, окруженному со всех сторон стеной надвигающихся мутантов — к отвратительному внешнему виду которых вскоре добавилась и исходящая от утырков ужасающая вонь — оставалось только верить в скорость заразиных крыльев и уповать на собственную стойкость…
Когда дистанция до ближайшей надвигающейся твари сократилась до несерьезной пары метров, метать дальше топор стало бессмысленно, и я вступил-таки с ублюдками в рукопашную схватку. Сжалившаяся наконец-то надо мной Фортуна, тут же поддержала мою отчаянную атаку выпадением долгожданного «сектор-приза». Первый же мой фирменный сдвоенный-рубящий удар топором с обеих рук из седьмой стойки Изумрудного берса окончательно и бесповоротно упокоил-таки первого живчика. Сие знаменательное событие случилось из-за практически одновременного поражения головного мозга и сердца твари — посредством разрубания первым ударом, из читерской сдвоенной связки, черепушки зеленокожего, и засаживания поглубже вдогон вторым ударом лезвия топора в левую половину грудной клетки зловонного ублюдка.
Что завалившаяся мне под ноги после сдвоенного-рубящего удара тварь больше не поднимется на ноги, весьма наглядным образом продемонстрировала система, ужалив солнечное сплетенье посмертной зеленой искрой, выскочившей из тела поверженного врага. Точно так, как в уже основательно подзабытые беззаботные времена одиссеи по Изнанке. Следом, как водится, перед внутренним взором загорелась было строка победного лога. Однако, не имея ни малейшего мгновенья для чтения, я тут же вынужден был сморгнуть застилающие обзор слова.
Далее, щедро рассыпая во все стороны сдвоенные-рубящие удары, я ловил грудью зеленые искры и, смаргивая докучливые логи, пробивался сквозь толпу к ближайшему подъезду, теша себя надеждой, что в тесноте тамошних лестничных маршей отбиваться от напирающих снизу тварей мне будет куда как сподручней.
Однако, абсолютно не ведающие страха ни перед болью, ни перед смертью вонючие зомби-мутанты цепляли меня со всех сторон острыми когтями, нивелируя таким макаром мое подавляющее преимущество в скорости. И хотя резкости отточенных до автоматизма рубящих движений все равно с торицей хватало для эффективного проряжения окружающего пространства смертоносными двойными-рубящими — круг относительной свободы вокруг меня стремительно сжимался, а моя одежда неотвратимо превращалась в такие же изодранные лохмотья, как у окружающих оборванцев. Лишь более толстая, многослойная кожа на плечах и в центральной части плаща с грехом пополам хранила форму и вполне сносно сопротивлялась когтям тварей. Потому серьезно повредить мне плечи, живот, грудь и спину, при всем яростном старании кровожадных противников, с наскока никому из зомби не удалось.