«Подтверждаю наличие фотоизображения». На этот раз включился «Друг», сухо, без лишней драматургии. «Копии сняты с двух карточек и одного листа служебного приложения. Передача графического материала „Помощнику“ завершена. Идет сопоставление с архивными и публичными биографическими следами».
«Как проходило снятие?»
«Две „Мухи“ работали в основном помещении по бумаге. Третья контролировала коридор и перемещения дежурного архивиста. На этапе фотоформы потребовалось дополнительное освещение. Использован отраженный луч от настольной лампы через латунную скобу папки. Экспозиция разбита на четыре короткие фазы. Размытость устранена при сборке».
Измайлов медленно усмехнулся.
— Люблю слушать такие вещи. Тихая техника, сухая наглость и никакой оперетты.
Я уже видел эту сцену почти вживую. Лондон, старый коридор, пыльная тишина, замкнутая британская деловитость, серый картон, латунная скоба, отраженный свет, крошечная «Муха», присосавшаяся к чужой бюрократии надежнее любого взломщика. В такие минуты особенно ясно понимаешь, что век меняется не от лозунгов. Его меняют масштабы инструмента.
— Давай весь проход, — сказал я. — От входа до снятия.
«Начальный допуск обеспечен через вентиляционный ввод на предыдущем этапе», — сообщил «Друг». «Далее использована внутренняя кабельная полость. Первая „Муха“ закрепилась на задней панели архивного шкафа. Вторая прошла по верхней части стеллажей. После закрытия рабочего дня архивный сотрудник перенес в боковую комнату две папки, конверт с пометкой restricted and personal (ограничено и лично) и фотоформу с анкетной карточкой. После его ухода начато поэтапное копирование».
«Сколько времени?»
«От первого доступа до полного снятия — один час двадцать четыре минуты. На копирование фотоформы ушло семь минут. На пересъемку последней страницы с рукописной пометкой — три минуты сорок секунд».
— Хороший темп, — сказал Измайлов. — Для такого архива даже щедрый.
Я раскрыл на столе чистый лист. Писать пока было рано, однако локоть уже искал опору. Опыт службы приучил меня к простой мысли: пока найденное не легло на бумагу в рабочем порядке, оно еще не вполне существует. Особенно в тех историях, где слишком хорошая добыча сама по себе может сожрать источник.
«Идентификация завершена». Теперь голос «Помощника» стал еще тише, почти бесстрастным. «Источник „Овация“ — Олег Антонович Гордиевский. Должность по линии британского досье: советский дипломатический работник и сотрудник резидентуры, значимый агент британской стороны с длительной перспективной ценностью. В оценочном листе особо отмечены: дисциплина, высокий уровень доступа, осторожность, способность к долговременной работе и исключительная политическая значимость».