— Первая партия деталей под литографию отгружена и уже доставлена атмосферником на место. Иванихин регулярно инспектирует процесс монтажа. С ремботами не сталкивался. По механике роботизированной линии для лопаток ремботы выправили геометрию на трех самых капризных позициях. Из-за новой программной части станок уже ведет себя заметно бодрее.
— Хорошо, — сказал он.
— А у нас, похоже, оживает Лондон?
Он коротко кивнул.
— Есть движение. «Помощник» обещал дать пакет к ночи.
Мы оба понимали, что этот пакет может оказаться важнее любой мехатроники, любого станка и даже линии по лопаткам. Железо строит будущее медленно. Предатель рушит многое быстрее, чем иная эскадра. Я встал, подошел к карте на стене и на секунду задержал взгляд на Москве. Отсюда она казалась точкой. Для англичан она тоже долго была точкой, только они умудрились превратить ее в точку входа в государственную связь, в наши штабные протоколы, в наши внутренние разговоры, в ту самую систему, которую в обычной жизни считают слишком большой, чтобы ее можно было проткнуть безнаказанно.
«Есть подтвержденный выход на архивный пакет по ‘Овации»«. Реплика ‘Помощника» пришла по внутреннему каналу мягко, однако в самой ее сухости чувствовалось редкое для него напряжение.
«Степень уверенности?»
«Высокая. Идентифицированы три связанные между собой единицы хранения, одна фотоформа, два служебных обзора, одно досье с обновлениями по линии Moscow residency (московская резидентура) и один закрытый конверт с оценкой reliability of source (надежности источника)».
Измайлов не повернул головы, продолжая смотреть на карту.
«Где именно?»
«Основной массив находился вне основного архивного фонда. Рабочее хранение, боковая комната при внутреннем коридоре, ближе к служебной лестнице. Бумаги перемещались туда из главного фонда по отметкам weekend review (выходной обзор) и special handling (особый режим обращения)».
Я сел в рабочее кресло и медленно выдохнул. На таких мелочах и строится настоящий професионализм. Не сейф в подвале с красной печатью, не бронедверь с героическим охранником, а боковая комната, куда привыкли заносить бумагу для внутреннего чтения. Именно в таких местах и лежит то, за что потом дают звезды, сажают под замок или тихо снимают с должности без права на обиду.
— Докладывай, — сказал Измайлов вслух, уже понимая, что я слышу то же самое.
Я кивнул.
— «Мухи» нашли нужное нам хранение. Рабочую комнату при внутреннем проходе. Там лежал комплект по «Овации».
— С фото?
— С фото.
— С фамилией?
— Пока только вероятность высокая. Жду подробный доклад.