– Потерпи, маленький герой, – шепнула я, осторожно поглаживая его спинку через ткань свитера. – Пэм… а как там Филипп? С ним всё в порядке?
Памелла на миг замялась, отвела взгляд и вздохнула.
– Раны глубокие… В ближайшие пару месяцев ему точно не летать.
Я судорожно сжала пальцами край одеяла.
– Жить будет, конечно, – поспешно добавила Пэм. – Но ты сама понимаешь: он пропустит теперь все зимние балы. И похоже, помолвку его придётся перенести.
Я замерла, чувствуя, как по телу прокатывается холодная волна. Помолвка. Я совершенно забыла, что у Филиппа уже есть невеста. Настоящая невеста, которую одобрила его семья, и после зимнепраздника они должны были пожениться.
От этой мысли вдруг стало невыносимо больно и грустно. Я попыталась отвернуться, скрывая слёзы, подступившие к глазам.
– Ну, чего ты сразу раскисла? – попыталась приободрить меня Пэм. – Всё наладится!
– А отчим? – перевела я тему, потому что говорить о Филиппе дальше будет невыносимо.
– Ночью вернулся Скайрон, он откопал твоего отчима и уволок в темницу. Его ждет драконий суд.
Узнав, что отчим в темнице, мне стало значительно легче. А раз глава рода вернулся, возможно, он сможет объяснить мне, что произошло? Зачем отчиму этот проклятый брак? Почему я оказалась здесь?
– А некромант? – спохватилась я. – Он где?
Пэм вздохнула, сочувственно качая головой.
– Он бросился тебя спасать и, естественно, попался на глаза дракону. Сейчас сидит в подвале связанный и страшно жалуется. От его нытья оскалы разбегаются.
Я испуганно ахнула:
– Ох, Пэм, я не дам его в обиду! Он же не виноват!
Пэм фыркнула:
– Было бы неплохо. А то, кто мне потом стихи писать будет? И оды посвящать моей непревзойденной красоте?
Я тут же решительно отбросила одеяло:
– Помоги мне одеться, пожалуйста. Я должна немедленно поговорить с Филиппом.
Пэм скрестила руки на груди и покачала головой:
– Нет, падучая, это очень плохая идея. Сейчас будет семейный совет, они все там собрались, решают, что делать с твоим отчимом и со всей ситуацией, ждут Скайрона.
– Вот именно поэтому я и должна увидеть Филиппа прямо сейчас, до того, как они решат что-нибудь за нас, – упрямо заявила я.
Пэм закатила глаза, явно понимая, что спорить со мной бесполезно.
– Упрямая ты девица, – пробормотала она, но уже доставала из шкафа моё платье. – Только если нас застукают, я скажу, что ты меня шантажировала.
– Конечно, – улыбнулась я, кое-как поднимаясь с кровати и стараясь не обращать внимания на боль в колене.
С трудом справившись с платьем и приноровившись не опираться на больную ногу, я доковыляла по коридору до комнаты Филиппа.