Я не успел сделать и шага к выходу, как двери актового зала приоткрылись. На пороге стояла Зоя. Видимо, звуки пианино и Мишкин голос, разносившиеся по пустым коридорам, сработали лучше любого приглашения. Она стояла неподвижно, и в её глазах, обычно таких собранных и деловых, читалось чистое изумление.
— Зоя, ты как раз вовремя, — я по-свойски махнул ей рукой, приглашая подойти ближе к сцене. — Кстати, Инна Петровна одобрила наш финальный номер.
Зоя медленно прошла по проходу между рядами стульев, не сводя глаз с Ленки, которая всё ещё держала руки на клавишах.
— Это… это то самое «Прекрасное далёко»? — тихо спросила она, когда подошла к нам. — Алексей, это же… это просто невероятно. Я и представить не могла, что песня так звучит вживую.
Инна Петровна, заметив Зою, приосанилась. Присутствие ещё одного представителя школьного актива явно добавило ей вдохновения.
— Вот, Зоечка, — наставническим тоном произнесла хормейстер, — Алексей предложил совершенно исключительный материал. И я как раз думала, как разложить партитуру для хора. Мне кажется, это будет гвоздь программы.
Зоя посмотрела на меня, и в её взгляде читалась благодарность. Она понимала: с такой песней наш концерт из рядового школьного утренника превращается в событие, о котором будут говорить во всём районе.
Инна Петровна обернулась к ребятам, стоящим на сцене, и её голос обрёл привычную твердость.
— Начинайте! — скомандовала она, и песня понеслась вновь. Теперь Мишке помогали петь две голосистые девчонки, что придавало объёма произведению.
— Я подстрою весь сценарий под эту кульминацию, — тихо шепнула мне на ухо Зоя.
Молча я кивнул, чтобы не мешать юным исполнителям, которые читали текст прямо с листа, и наблюдал, как интересные люди объединяются вокруг одной идеи. События складывались практически идеально.
События завертелись с такой скоростью, что я едва успевал перевести дух. На переменах я пропадал в актовом зале, где Зоя вместе с Инной Петровной уже вовсю муштровали хор. А по вечерам вкалывал в депо, поддерживая легенду «простого работяги», и при этом не забывал изредка заглядывать к Вадику за новой партией дефицита.
За последнюю неделю Мишка порядком меня утомил — судя по всему, не меньше он досаждал и собственным родителям, — ведь каким‑то образом ему всё же удалось раздобыть деньги на импортные кроссовки. Теперь он с горделивым видом расхаживал в новеньких «Адидасах» с тремя фирменными полосками, чем вызывал нескрываемую зависть у одноклассников.
Наш отличник Борька, не сдержавшись, с досадой бросил: