— Это повлечёт за собой слишком большие последствия, — появился рядом с нами Бурченко.
Давно не было такого «предстартового» волнения. Смотрю на ливийского капитана и в глазах вижу непонимание происходящего.
— Готов? — спросил я у Назара.
— Они нас увидят раньше, чем мы. Шансов немного, но страну нужно защитить.
— Запомни, если лётчик идёт в полёт как на подвиг, он к этому полёту не готов, — похлопал я его по плечу.
Ливийский капитан ушёл к своим, а Морозов решил выразить свою позицию.
— То есть, мы где-то позади, а парни будут рисковать? — возмутился Коля.
— Это правильное решение, — парировал Бурченко.
— С чего это правильное? Мы просто спрячемся за спинами ливийцев?
— Уймитесь, Морозов. Готовьтесь лучше к вылету, — настойчиво Бурченко осадил Николая.
Мужики разошлись по самолётам, а я обнаружил в сумке кое-что очень интересное и… сладкое. Небольшой кулёк конфет «Дубок». Наверное, остались после того, как мне передали гостинцы. Много воспоминаний связанных с этими сладостями в зелёно-жёлтой обёртке.
«Знаю, что они для тебя важны. Люблю!» — лежала записка от Веры в пакетике.
Я достал несколько штук и положил в нагрудный карман.
— В воздухе американцы не будут разбираться, ливийцы это или советские лётчики. Будут сбивать всех, — перекрикивал шум запускающихся двигателей Бурченко.
— Можете меня этим не пугать. Я сказал своё слово, — ответил ему Витя.
— Сергей есть приказ. Как раз примените новые ракеты. Я не понимаю, чего вы добиваетесь⁈
Я достал из кармана присланную женой сладость и протянул Бурченко.
— Это что?
— «Дубок». Очень вкусная конфета, — ответил я, похлопав по плечу Андрея Викторовича.
Время на часах уже 0:50. Угостив техников и Николая, я занял место в кабине. Быстро пристегнулся и застегнул шлем.
— От двигателей, — сказал я техникам и начал запуск.
Двигатели загудели, многофункциональные экраны заработали, стрелки дублирующих приборов начали показывать расчётные параметры.
— Давление… в норме. Обороты левого… норма, — продолжал я проговаривать по внутренней связи.
Чувствуется, что самолёт совсем новый. Органы управления отклоняются плавно. Хочет лететь. И неважно, что на дворе ночь, а рядом два звена его «старших братьев» МиГ-23.
В эфире начали перекличку ливийцы, докладывая каждый о готовности.
— Внимание, всем 11, — дал условную команду Назар.
Вся группа начала друг за другом движение к полосе. Тронувшись с места, я отдал воинское приветствие технику. Он же, в свою очередь, от души похлопал самолёт по левой консоли крыла.
— Погладил так погладил, — сказал по внутренней связи Николай.