— Вместе с генералом Ждуновым нам удалось убедить Каддафи и его генералов в том, что удар возможен в ближайшие часы. Лётчики местных ВВС уже в готовности. Хорошо, что вы в прошлый раз перегнали сюда МиГ-29е. Нам выделили отдельный ангар.
— Здорово. Самое главное — эвакуировали посольство, как и планировали. В Триполи наши соотечественники могли бы попасть «под раздачу». И никаких проблем больше?
— Не совсем. Никакое посольство эвакуировать не будут.
— Это ещё почему?
— Американцы заверили, что никаких действий против Ливии они не замышляют. Они просто проводят учения в Средиземном море. А также манёвры авиации над Атлантикой и у британских берегов.
Ничего не меняется. Любая война начинается с учений — эту мысль я уже давно уяснил для себя.
— И когда американцы планируют начать учения?
Бурченко с укором посмотрел на меня. Он мне будто говорил: «нашёл кого спросить».
Я откинулся назад. Возможно, мы сейчас летим в вертолёте, а пилоты на палубе авианосцев «Корал Си», «Америка» и «Карл Винсон» уже занимают места в кабинах. Катапульты, которые позволяют американским самолётам взлетать, подготовлены. Самолёты Е-2 «ХокАй» запускаются и ждут команды на взлёт.
А ещё где-то на подлёте большая группа бомбардировщиков Ф-111, о которой я и Бурченко постоянно говорим. Надеюсь, что мы с ним ошибаемся.
Через два часа вертолёты коснулись бетонной поверхности. Выйдя из грузовой кабины, сразу обратил внимание на концентрацию самолётов на этом аэродроме. К слову, это был самый настоящий аэропорт.
— Вот мы и в Триполи! — громко сказал мне на ухо Бурченко, перекрикивая шум винтов.
Как я успел заметить, авиационного удара здесь явно никто не ждёт. Гражданские самолёты продолжают рулить по перрону. Истребители стоят компактно. Повсюду горит освещение, а огни самой столицы видны и с лётного поля. И ни одного средства ПВО. Даже крупнокалиберные пулемёты отсутствуют.
Вертолёты стали выключаться. Уже можно не кричать друг другу в уши.
— Я вам так скажу, ливийцам осталось только самим себя разбомбить. Чтобы американцы совсем не напрягались, — сказал я, наблюдая за одиноким охранником на стоянке МиГ-23.
— Нет причин создавать панику. К тому же здесь гражданский аэропорт. Весьма сложно прекратить воздушное сообщение со столицей, — ответил Бурченко, махнув рукой приближающимся к нам автомобилям.
— Давай я ему подскажу как, — шепнул мне Морозов.
— Ага. Просто закрывается воздушное пространство и всё, — предложил Белевский, поправивший парашютную сумку на плече.
Бурченко выдохнул и повернулся к нам.
— Мужики, вы должны понять. Дело здесь не в Ливии или Каддафи. Речь о наших с вами гражданах. Слишком много сюда людей приехали работать. Их нам и нужно защитить, минимизировав ущерб от бомбардировок. А они будут.