— Савелич, давай всех сюда. На память «щёлкнемся», — предложил я, кивая в сторону военного с фотоаппаратом.
— Сергей, можем отхватить, — подошёл ко мне Ренатов.
— Дальше Советского Союза не пошлют, — ответил я.
— Да и, правда! Когда ещё такой кадр получится сделать! — воскликнул Гусько и призвал всех подойти поближе и расположиться на фоне одного из самолётов.
Всем эта идея очень понравилась. На бетонку усадили самых низкорослых и хромого Фронте. Со всех сторон сбежались техники, которым тоже хотелось поучаствовать в подобной фотосессии. Владелец фотоаппарата кричал, что у него всего два кадра осталось на плёнке.
— И нас подождите! — прозвучал крик Бубко, который бежал сломя голову со стороны перрона аэропорта.
Его бригада вернулась с Мосамедиша.
— Когда успели? — удивился я, усаживая перед собой техника.
— Сергеич, перед вами сели, — радостно обнимал меня другой представитель инженерно-технического состава.
Бубко в двух словах рассказал, как им и передовой группе ангольских техников удалось за минимальное время подготовить кубинские МиГи к повторному вылету.
— Маленький трудовой подвиг, что сказать, — похлопал я по плечу Вениамина.
— Вон тот 26й нас привёз, — указал он на транспортный самолёт на перроне, вокруг которого крутилось много народу и стояло несколько автомобилей.
— Похоже, не вы одни на нём летели, — заметил я, предчувствуя прибытие гостей из столицы Анголы.
— Да было там несколько типов. Жаловались, что можем опоздать к началу операции. А мы им говорим в полёте, что она уже в самом разгаре, — засмеялся один из коллег Бубко.
— А самый мордатый сильно расстроился. Пошёл в кабину, чтобы поторопить экипаж, но мало что изменилось, — рассказал Вениамин.
В последний момент я вспомнил, что не хватает рядом с нами Штыкова и Совенко, а также двух других начальников — Дель Потро и Эбо. Попросив Фронте подержать мой шлем, в который я вложил шлемофон, планшет и другие принадлежности, я рванул к начальникам.
— Товарищи командиры, прошу вас пройти для фотографирования, — подбежал я со спины к Совенко.
— И правда. Столько времени здесь и не одного снимка, Борисыч, — поддержал меня Штыков.
Тимур Борисович с недовольством посмотрел на меня. Видимо, мне «посчастливилось» прервать какую-то пламенную речь нашего полковника.
— Хороша идея. Вы как, Жозе? Анхель? — спросил Совенко у своих коллег.
Не сразу появился энтузиазм у ангольского и кубинского начальника. Тем не менее огромное число народу с трудом влезло в кадр. Пожалуй, после моего выпускного — это самая классная фотка, которую бы я хотел иметь у себя дома. Осталось только свой дом ещё приобрести.