Вдруг из мрака меж двумя воителями соткалась странная фигура, как будто бесполая, одинаково могущая принадлежать и крупной широкоплечей женщине, и худощавому мужчине, с лицом пустым, гладким, без носа, глаз и ушей, с одним лишь только шевелящимся ртом. Струящееся шёлковое одеяние покрывало это странное существо, окутывало его, словно вторая кожа. Вид его был отвратителен всякому человеку в здравом рассудке и не мог вызвать ничего, кроме омерзения.
— Не это ли — воплощение слов Писания? «Нет уже правоверного, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно!..» — Страшный чёрный рот шевелился как будто сам собою. — Бросьте оружие. Прекратите бессмысленное сопротивление! Мы нужны друг другу. Я поделюсь знанием, как смирить непокорных, как научить народы миру! Согласитесь со мной, присоединяйтесь ко мне! Мы построим новую Империю, единую и непоколебимую…
Безликое лицо оказалось близко-близко к замершему Аркану, склонилось, как будто присматриваясь…
— Нет! — сказал Буревестник и врезал рукоятью скимитара снизу вверх, в этот самый ужасный, уродливый рот.
Фигуру отбросило в сторону Аквилы, который высек искру клинком о металлический щит, и меч его вспыхнул яростным, всепобеждающим огнём. Один размашистый удар понадобился Авлу Вергилию, чтобы разрубить чудище пополам, там, где у обычных людей располагается талия. А потом подоспел Буревестник — и принялся кромсать части тела твари таким же огненным мечом и поливать их горючей смесью.
— Мать-мать-мать! — злобно бормотал Вергилий Аквила. — Оно себя в зеркале видело? Какая страшная скотина! Как оно себе это представляет? Мы с тобой — солидные женатые люди, ортодоксы, аристократы, и такая вот… мать-мать-мать, безглазая зараза, — мы вместе строим Империю? Подумать только!
— Они всегда теряют над собой контроль и после этого перестают понимать, как выглядят и в каком мире находятся, — пояснил Рем, когда бренные останки чудовищного существа уже догорали.
— Кто — «они»? — уточнил Аквила.
— Те, кто додумался призвать демона. Или воспользовался ритуалом, чтобы усилить своё тело, получить сверхъестественные способности, усилиться не за счёт физических и духовных многолетних упражнений, а так — по щелчку пальцев. Я видал таких на Низац-Роск, в Дуал-Кульбе, Аскероне, Доль Наяда, Лабуа, на Севере и в Монтанье. Щедро черпая заёмную силу из тонкого мира, они теряют сначала облик человеческий, отдавая его взамен на мнимое могущество, а потом и рассудок. — Он говорил уверенно, и у Вергилия Аквилы не было поводов не верить командору Ордена зверобоев. — Заёмная сила… За неё всегда приходится расплачиваться. Мы можем распоряжаться только тем, что дал нам Бог: крепость рук и ног, холодная голова и горячее сердце!