— Говорю, есть кто на фактории?
— А кто же его знает-то, милок? — он выдержал театральную паузу, заставившую нас насторожиться, и вкрадчиво проговорил, глядя прямо в глаза, но не мне, а Мозолевскому:
— Если сейчас и нет, то скоро объявятся! К ночи.
— Подожди, говори ясней, без вот этих намёков мутных, — я начал злиться. — Ты по рации группу вызвал? Так какого же лешего…
— Алексей! — негромко одёрнул меня Миша. — Командир, постой, давай, я с ним поговорю. Артём Палыч, нешто не узнаёшь меня, бродяга? Мы же на Касе рыбалили вместе! Миша Мозолевский, ну? Потом в Подтёсове посидели, удачу обмыли в «Наутилусе», я тебе ещё мормышек подарил отменных и колебалку финскую, «Рапалу», помнишь?
— Ну, помню…
— Давай только поговорим. Ясно, что дело непростое, Артём. Но тут ведь с ходу панику не поднимешь, про странные дела говоришь, согласись… Дикие, — последнее слово он произнёс с ударением на второе и. — Нужно сперва всё перепроверять и уточнять, здесь, может, даже научная экспертиза понадобится, — механик спокойным голосом вслух планировал дальнейшие действия.
На последнюю реплику Шведов ничего не ответил, поначалу только отмахнувшись, потом нехотя кивнул, жёстко почесал затылок и отставил ружьё в сторону.
О, прогресс, руку протягивает! Вот и пусть побеседуют, раз получается.
Добрую идею Миша предложил, они со Шведовым близки по возрасту, знакомы гораздо лучше меня, что-то в памяти отложилось. Вот и первый результат — напомнил, зашёл по-человечески, пружина и ослабла. Затворник смягчился, хотя бы визуально став обычным уставшим промысловиком, отвыкшим за время вынужденного одиночества от людского общения. Значит, будут и человеческие ответы, которые позволят разогнать сгущающийся туман. Тем более что никаких фактических оснований для всей этой мистической истории, надеюсь, не вскроется.
Подожду. Отойдя в сторону метров на десять и поглядывая на тихо разговаривающих мужиков, достал из кармана рацию и отдал распоряжения: Катерине пока оставаться на месте, Сашке идти к нам.
— Артём Павлович, метеостанция сейчас закрыта? Ключ у вас? — крикнул я, решив, что вполне успею отбить радиограмму в штаб и доложить о ходе проведения операции. Можно и с судна связаться, но неплохо бы проверить здешнюю аппаратуру. Кроме того, антенны тут покруче, так что связь гарантирована.
— Сейчас принесу! — совершенно нормальным голосом откликнулся промысловик.
Суетно, нервно всё как-то.
Получив ключ, я отправился в метеостанцию, где неожиданно почувствовал, как на меня навалилась странная усталость, и испугался этой внезапности. Особой силой я никогда не отличался, но могу с уверенностью похвастаться, что очень вынослив физически, это сильно помогло на экзаменах при поступлении в Арктическую бригаду, конкурс был весьма жёсткий. Откровенных культуристов и гигантов у нас в подразделении не было, все ребята сухие, жилистые, стойкие. Легкоатлеты, лыжники, пловцы. Могу долго бегать с грузом, монотонно работать. Изнурительные армейские тренировки, постоянные марш-броски пешком и на лыжах ещё более укрепили организм. Я в принципе редко устаю, на гражданке для этого просто нет нагрузки. А тут накатило…