— Не велено. Почему, не знаю. А ты мне лучше объясни, как дуб Ладу на ноги поднял, ты же говорил…
— Священное дерево имеет столько тайн и загадок, что не счесть. И нет во всем мире того, кто их все разгадать способен, — пафосно ответил леший.
— Да уж, куда не ткни — кругом тайны.
— Это точно, порученец, — не стал возражать старичок. — Нет никому доверия. Даже прелестница мне не все сказывает. Вот, к примеру, чего ты на болоте по ее просьбе припрятал?
Еремеев уже собирался рассказать, но заметил, как навострил уши леший. Задумался:
«Раз кикимора не стала говорить, зачем я стану? Между этими двумя встрянешь, потом беды не оберешься».
— Это не мой секрет, сам у нее спроси.
— Да я-то знаю, — соврал леший, — а тебя проверял на болтливость. Тут такое дело… Одна гадкая родственница прелестницы может в наши края заглянуть и прикинуться ею. Ежели такая подкатит, ты сперва вопросик мой задай. Верно ответит — она и есть, а коли невпопад — значит злыдня пожаловала, и держаться от нее стоит дальше.
— А чего этой родственнице от меня надо? — спросил Еремеев.
— То, что священное дерево дало. В нем сила таится великая, и эту силу многие захотят себе присвоить.
— Похоже, ты опять меня подставил?
— Хорош лясы точить, — враз растерял любезность хозяин леса, — выходим на зачарованную тропу.
Ты завербовал, тебе и отвечать
Гнома шедшего сейчас по длинному коридору здания в центре Смоленска звали Мургом. Лысый, как и все представители своей расы, из всей растительности он имел торчавшие из-за ушей «рога», состоявшие из жестких длинных волос.
Помимо прически гномы, так называли еще одних чужаков, появившихся после великой чумы в этом мире, отличались зеленоватым оттенком кожи и способностью менять цвет глас в зависимости от настроения.
Мург шел на доклад к начальнику в тревожном напряжении, поскольку хороших новостей почти не было, зато неприятных — хоть пруд пруди. Утром он поднялся пораньше, чтобы на свежую голову постараться правильно подготовить речь. Сейчас на карту была поставлена его карьера, а может — и сама жизнь.
Для пущей убедительности Мург прихватил с собой копье эльфов, замотав его в гобеленовое полотно.
По пути к кабинету Тагура, подчиненный мысленно проговаривал свой доклад, но не успел он войти…
— Мург, ты случайно не помнишь, кому я приказал заполучить некую Зарину? — с раздражением спросил начальник.
— Мне, — ответил вошедший.
— А почему мой приказ до сих пор не выполнен? — c той же интонацией продолжил Тагур.
Неожиданные вопросы, заданные с неприкрытым недовольством, несколько выбили Мурга из колеи. Мысли докладчика начали путаться: