— Но это же не смерть, — не могла согласиться Зарина.
— В неких случаях смерть милосерднее будет, чем то, что с людьми деется. Они вроде и дышать не перестали, а уже и не люди вовсе.
— И один из таких — мой суженый⁈
— Дочка, талдычу тебе: нельзя всяких бабок слушать. Они думают одно, говорят другое, а разумеют под сказанным третье. Живи себе и не забивай дурными думками красивую головку. Сердце само найдет суженого.
— Благодарствую, утешил, что хотя бы в пекло за ним идти не придется.
— Опять беду зовешь, дочка, на наши головы? — Трофим с осуждением покачал головой. — Не сокрушайся ранее срока, все образуется.
— Да я не жалуюсь…
Телега Трофима ехала в хвосте небольшого каравана переселенцев, поэтому ни он, ни Зарина не знали причины внезапной остановки. И только взволнованные голоса людей подсказали — впереди что-то стряслось.
— Дочка, у тебя ноги молодые, сбегай, погляди, что там такое?
Затор случился из-за поломки передней телеги, у которой слетело колесо. Возница довольно быстро починил повозку, однако мужики не спешили продолжать путь, поскольку произошло это как раз на въезде в густой лес.
— Негоже нам туда двигать, то леший знак дал поворачивать.
— Дык тогда крюк в двадцать верст выходит, до Смоленска нынче никак не успеть.
— Лучше крюк, чем каюк.
Зарина пару минут послушала доводы «за» и «против» и поспешила назад.
— Чего там? — спросил Трофим.
— На опушке леса у телеги колесо отвалилось. Мужики говорят, примета плохая, хозяин в лес не пускает. Думают, не свернуть ли.
— Садись, — кивнул «тятя» Зарине. Дождавшись, когда она заняла место рядом, дернул поводья. — Эдак они долго будут рядиться, а время бежит.
Телега Трофима объехала караван и первой скрылась в лесу. Их примеру последовали три крестьянские семьи и повозки ремесленника, остальные повернули назад.
— Тятя, а ты что, в приметы вовсе не веришь? — спросила девушка через четверть часа.
— Почему? Господь наверняка шлет через них послание людям, ну так мы тепереча будем настороже. А тем, кто в объезд поехал, и другие знаки явиться могут. Ежели опять тревожные, они и за месяц до места не доедут.
— Странный ты, Трофим. Бабкам-ведуньям не доверяешь, а в приметы веришь, — Зарина задумалась.
— С пророчицами я просто встречаться бы не хотел. Лиха от них больше, чем проку. А коль с предостережением Божьим столкнулся, надо ухо востро держать. — Мужчина резко дернул за вожжи.
— Тять, ты чего? — Девушка едва не свалилась с телеги.
— Видишь пень корявый у дороги?
— Конечно. Чудной он какой-то… На зверя диковинного походит.
— То-то и оно. — На этот раз в голосе Трофима появились тревожные нотки. — Дай-ка мне вилы, дочка.