Они выехали в бескрайнее поле, полоска леса впереди виднелась практически на линии горизонта.
— Куда направимся, командир? — спросила Лада.
— Думаю, надо бы наведаться к Буяну. Что-то я не слышу канонады. Неужели ляхи до сих пор так и не добрались? Вроде время к обеду.
В этот момент загрохотало совсем близко.
— Пушки? — Лада вжала голову в плечи.
— Они самые. Теперь как бы самим под обстрел не попасть. Жучка, разведай, где нам лучше подобраться.
— Я с ней.
Девушка собралась было последовать за умчавшейся собачкой, но командир резко остановил:
— Лада, не смей! Ты остаешься со мной! Это приказ!
— Слушаюсь, командир.
Табун повернул к югу и слегка ускорил движение.
Неожиданно Еремеев почувствовал сильное головокружение. Он уцепился в поводья, потом просто обхватил скакуна за шею, чтобы не свалиться, однако хоровод в глазах только увеличивал скорость. Лошадь остановилась. Александр скорее почувствовал, что сполз с седла на землю.
«А вот это сейчас совсем некстати! — Затем промелькнуло испуганное лицо Лады. Ее слов он так и не смог разобрать. — Какого лешего!» — С этой мыслью он и выключился.
Ты случайно не сумасшедший?
Проведя ночь в Дорогобуже, Зарина и Трофим еще до рассвета выехали в сторону Смоленска. В путь они отправились вместе с дюжиной телег, тоже покидавших город — народ спасался от надвигавшихся захватчиков, не особо надеясь на малочисленных защитников Республики.
Простенький деревенский сарафан, закрывающая лоб перевязка и лапти стали походным костюмом беженки. Ощущала себя в нем Зарина не очень удобно, но старалась не показывать виду.
Трофим, по легенде — отец девушки, тоже был одет соответственно. В Дорогобуже он навестил лишь одного человека. Передав «подарки» от Черкасского, узнал некоторые новости.
Здесь, на северо-востоке Смоленщины, все готовились к нападению шведов: собирали ополчение, пополняли арсенал и запасы продовольствия на случай осады. По всем дорогам к городу направлялись вооруженные люди и груженые телеги…
С севера на юг устремились другие людские потоки: гражданские пытались укрыться от войны. Среди них — и Зарина с Трофимом. Из Дорогобужа они выехали вместе с местным ремесленником, вывозившим на двух повозках своих родных и небольшую мастерскую, а также с несколькими семьями крестьян.
— Тятя, и сколько мы будем так плестись? Наша кляча может шагать быстрее?
— Она-то может, да нам сие неподходяще, дочка, — ответил пожилой мужчина.
Эти двое придерживались легенды, даже когда никого не было рядом. Следовало привыкнуть к новым ролям, дабы не «проколоться» потом на людях.