После пополнения от амулета Виринеи запаса во мне было совсем немного. Теперь главной задачей на ближайшие дни стала добыча эфира. Много эфира. Столько, чтобы поднять ранг сидарха до второго и распечатать новые способности.
Идея пришла сразу же: я знал, где найти ещё одну червоточину, поэтому…
Мои мысли прервал стук в дверь, а затем — звонкий голосок:
— Простите, господин Бри-и-инер! Обслуживание номеров!
Да, она всё-таки пришла.
Вейга Азель.
Она дождалась, когда я выйду из ванной, и бесцеремонно уставилась на меня, изучая внимательно и пристально, водя взглядом сверху донизу и обратно. Вейга будто оценивала моё тело в махровом халате и мои потенциальные возможности.
— Неплох, — в итоге выдала она, делая свои выводы.
Азель явилась в форме горничной — всё как надо: синее платьице, будто купленное в магазине детской одежды, белый кружевной фартук и чепец на кудрявой голове. В руках — метёлка для пыли.
Ну просто умереть от умиления.
Эсфирь внимательно смотрела на вейгу и молчала. Похоже, такой поворот с «горничной» она не предвидела.
— А вы для чего пришли? — всё же не выдержала она. — Мне кажется, вы плохая уборщица. Извините…
— Я о-о-очень плохая уборщица, — многообещающе подтвердила вейга и махнула в мою сторону метёлкой. — И даже не вздумай пока соваться в червоточины, ученик. Сначала поработаем с твоей практикой духа. Ты же у нас сидарх. А мой начальник очень на тебя надеется.
Она оглядела комнату и сразу приметила место для тренировок.
— Вот тут будем заниматься практиками! — Её маленький палец указал на пол у рабочего стола, там появился пушистый белый ковёр, которого тут никогда не было. — Это мой коврик для практик! Идеально! Наметим на понедельник. Я приду с уборкой, но прошу не сорить. Убираться никто у вас не собирается.
Вейга подошла ближе и посмотрела на меня снизу вверх.
Разница в росте была ощутимой. Мне даже стало не по себе — ну как её серьёзно воспринимать, да ещё с метёлкой и ковриком?
— Только попробуй что-то сказать насчёт моего роста, я тебе уши оторву! — с угрозой предупредила Азель. — И обязательно купи мне орешки и зефир! Белый. Без добавок. И не в виде сердечек. Ненавижу сердечки.
Она провела по моей руке метёлкой, пощекотав кожу, хмыкнула и опять выдала вердикт — «Неплох».
Затем развернулась и направилась к выходу.
— В понедельник, в шесть вечера! И не опаздывай! Одно опоздание — один выговор! Три выговора — и вейга разозлится! — У двери она развернулась и добавила: — А когда вейга злится, то это страшно, поверь мне.
Как только Азель вышла, Эсфирь растерянно уставилась на меня.