Стетоскоп болтался на шее, блестя как ожерелье.
— Готова! То есть… ой, секунду…
Она остановилась, осмотрела себя. Сняла стетоскоп, аккуратно сложила его концы, убрала в сумку. Потом нащупала рукой карандаш в волосах, попыталась вытащить, но тот намертво запутался.
— Ай! Ай-ай-ай! Данила, помогите, пожалуйста!
Подошёл ближе. Карандаш действительно безнадёжно застрял. Пришлось осторожно распутывать волосы, прядь за прядью. Они были очень мягкие, шелковистые на ощупь.
— Вот так… ещё немного… всё, свободны.
— Спасибо! — она потёрла голову, проверяя, не осталось ли ещё карандашей. — Я вечно забываю, что засовываю их в причёску. Оказывается, это очень удобно. На прошлой неделе обнаружила там три штуки одновременно. Целый арсенал!
Мы неспешно пошли по переулку. Надежда вела уверенно, здороваясь по пути с прохожими. За месяц в городе она успела стать своей.
— Я знаю отличное место. «Трактир у Трёх мостов». Там недорого, но готовит сама хозяйка, Маша. Домашняя кухня, всё свежее, с душой.
— Как же вы узнали про это место, если забываете обедать? — подшутил я.
— О, вы угадали, — улыбнулась Надя, — Я бы ни за что не узнала. Это Маша подсказала, она меня подкармливает с тех пор, как я вылечила её астму.
— Астму?
— Которая оказалась вовсе не астмой! — победно заявила Надя. — Представляете, женщина десять лет мучилась, кашляла по ночам, задыхалась. А оказалось, банальная аллергия на козью шерсть! Старый бабушкин плед, семейная реликвия. Подарила его племяннице, и «астма» исчезла за два дня. Маша теперь считает меня волшебницей.
Трактир понравился мне сразу.
Зал был небольшой, но уютный до невозможности. Деревянные столы, отполированные до медового блеска локтями тысяч посетителей. На стенах старые фотографии Синеозёрска, пожелтевшие от времени. В углу булькал огромный аквариум. На дне дремал толстый сом. Я пожалел об отсутствии Капли, ей бы тут понравилось.
— Надежда Андреевна! — из кухни выплыла Маша.
Полная женщина лет пятидесяти, с добрым круглым лицом и быстрыми карими глазами. Щёки розовые от жара печи, на лбу испарина. Фартук безупречно чистый, но руки в муке, видимо, как раз тесто месила для вечерней выпечки.
— Слава богу, пришли наконец! Когда последний раз нормально ели?
— Эм… — Надежда задумалась, загибая пальцы. — В субботу? Кажется, в субботу был суп…
— Сегодня вторник, милая. Вторник!
— О, — удивилась Надя. — Тогда действительно давно.
Маша всплеснула руками и решительно усадила нас за столик у окна. Стол на двоих, с видом на канал. Скатерть в мелкую красно-белую клетку, чистая, но с аккуратно заштопанным углом, видно кто-то неосторожно прожег сигаретой.