— Пока будем считать, что навсегда, — взяла я кольцо. — А там как пойдёт.
— Я очень рад это слышать, — смотрел он, как я надеваю кольцо, и, готова поспорить, волновался.
— Оно невероятно красивое, — посмотрела я на свою окольцованную руку.
— Конечно, не такое, как твой ремонт, — улыбнулся Яр.
Я засмеялась в ответ.
— Продолжим? У меня ещё есть торт и мороженое. Или займёмся чем-нибудь поинтереснее? — наклонила я голову в сторону спальни.
— М-м-м… как всё заманчиво, — улыбался Тропинин. — Давай сначала кое-что поинтереснее, а потом продолжим, — помог он мне выйти из-за стола.
— Предлагаю чередовать так все выходные, — сказала я.
— А я слышал, ты не умеешь планировать, — подхватил он меня на руки. — Но мне чертовски нравится твоё предложение.
Шесть месяцев спустя…
Июнь в этом году выдался холодный.
Мы сидели с Аристовой на папиной веранде, кутаясь в пледы и грея руки о кружки с чаем.
Яр колдовал над грилем-барбекю: каким-то особым образом размещал уголь, раскладывал на решётку мясо. Папа ходил между кустами пионов с секатором и срезал самые первые, распустившиеся, для букета.
У них с Яром шёл «мужской разговор».
— Стартер маловат, — сообщал ему Тропинин.
— Да, надо бы взять другой, но каждый раз вспоминаю об этом, только когда прихожу разжигать уголь, — соглашался папа.
— И бордовый, бордовый, — подсказывала Настя.
— Обязательно, — улыбался папа.
Глядя на них, у меня становилось так тепло внутри, что никакой горячий чай был не нужен.
Пару месяцев назад они приняли решение жить вместе, и стало ещё лучше, хотя и до этого у них было всё хорошо. Настолько хорошо, что мне каждый раз хотелось спросить: как вы вообще жили друг без друга? Почему встретились только сейчас? Какими неведомыми путями водила вас судьба, пока наконец не свела?
Впрочем, к нам с Яром, наверное, это тоже относилось. Мы немного заплутали (я так точно) и шли друг к другу долгим кружным путём, но сейчас всё было правильно. А когда что-то правильно — рядом твой человек, ты там, где должен быть, и занимаешься тем, что действительно хочешь делать, — всё словно само собой складывается, будто Вселенная с тобой заодно.
Я сразу сказала Яру, что не хочу никакой свадьбы, но он настоял — мягко, но убедительно — и вышел чудесный праздник, на котором удалось всех собрать, перезнакомить, повеселиться и сделать столько восхитительных фотографий, что, когда мне наскучат обои, я смогу обклеить ими стену и наслаждаться.
Правда, мама прилетела одна, без Дениса, и всего на один день, но главное — прилетела.
Я, конечно, выслушала, что свадьбу надо было делать в Москве, но это даже не обсуждалось. Зачем нам Москва, если почти все наши друзья, родные и близкие здесь? Даже Римка вырвалась. И спасибо ей, что вызвала огонь на себя — взяла под опеку мою маму. Теперь Римма знала мнение моей мамы по любому вопросу, который они успели поднять за этот долгий день. Например, что мой отец, конечно, постарел и эта девушка совсем ему не подходит. Но Жабка с ней во всём соглашалась, как умеет только Жабка: не споря, но оставаясь при своём мнении. И оно сильно не сошлось с маминым.