Вслух я, разумеется, сказал другое.
— Вы ведь понимаете, что тогда мы потеряем монополию и треть от всей прибыли?
— Я готов поступиться деньгами, ради победы христиан, над мусульманами, — твёрдо сказал он.
— А если мы не победим? — поинтересовался я у него, — вы рассматривали этот вариант?
Пий II нахмурился.
— Ты мне отказываешь? — он тяжело на меня посмотрел.
— Разумеется нет, Ваше святейшество, — покачал я головой, — я просто объясняю вам возможные последствия, поскольку хочу, чтобы вы ясно представляли, чего мы лишимся.
— Я собирался послать твоего учителя на переговоры, — ответил он, — но раз ты здесь, то я хочу, чтобы вы поехали вместе. Виссарион, конечно, красноречив, но ты тесно связан с ними делами бизнеса, так что думаю, оба вы должны справиться с этим делом.
— Хорошо, Ваше святейшество, — нехотя ответил я, поскольку, откровенно говоря, мне его идя шантажировать венецианцев сделкой по турецким квасцам не нравилась. Одно дело, просто объявить войну туркам, как это было в реальной истории, другое дело давить на это с помощью моих с ними деловых отношений.
— Так нужно для церкви Иньиго, — строго посмотрел на меня Пий II, — скажу тебе по секрету, я решил лично возглавить этот Крестовый поход, как только будет готово войско и флот.
— Но это же очень опасно, Ваше святейшество! — вскрикнул я, словно беспокоясь о его здоровье, — Коллегия кардиналов точно будет против!
— Именно поэтому мы ей и не скажем об этом, — улыбнулся он.
— Я больше беспокоюсь за вас Святой отец, — подлизался я, — всё же дорога будет не из лёгких.
— Я справлюсь, не волнуйся, — он улыбнулся мне, — но спасибо за беспокойство.
Мы немного помолчали, и он заговорил первым.
— Но я слышал, ты прибыл ко мне с просьбой? Что ты хотел?
— С двумя, Ваше святейшество, — склонил я голову.
— Да? — удивился он, — с радостью их выслушаю.
— Орден Святой Марии Вифлеемской, который вы основали, — начал я, как и посоветовал мне кардинал Орсини, — я слышал, к нему угас интерес со стороны рыцарей?
— Угас? — лицо Пия II помрачнело, — никто кроме меня и синьора Диамберто де Амороза не вложил в него ни флорина.
— Я бы хотел помочь Ордену финансово, — удивил я его, — но мне нужна будет и ответная услуга.
— О каких цифрах мы говорим? — тут же заинтересовался он.
— Скажем десять тысяч флоринов в первый год, с возможным продлением этой помощи дальше, если я получу то, что мне интересно, — твёрдо ответил я.
— Это большие деньги, Ордену это точно помогло бы привлечь к себе больше послушников или рыцарей, — задумался он, — что тебя интересует?