— Ваше святейшество, — подойдя ближе, я низко поклонился, а затем поцеловал перстень на благосклонно протянутой мне руке.
— Иньиго, — он приветствовал меня с мягкой улыбкой, — какими ветрами, тебя занесло в Рим?
— Зимними, Святой отец, — ответил я ему тоже с улыбкой, — рад видеть, что у вас всё в порядке.
— Благодарю тебя, — кивнул он, выбирая себе белые одежды со сложной вышивкой золотой нитью по краям. Послушники помогли ему надеть на себя тяжёлые одежды и он, дождавшись, когда они разгладят и поправят ткань, показал мне на небольшой столик, только с двумя стульями.
— Ты завтракал? — поинтересовался он.
— В такую рань, встаёте только вы Ваша святость, — покачал я головой, — так что я не только не завтракал, но ещё даже не проснулся.
Пий II рассмеялся и сел на своё место, а я устроился напротив него.
— Что-то случилось? — поинтересовался он.
— По квасцам нет, Святой отец, — быстро ответил я, — отгрузка по всем вашим договорам идёт в указанные сроки и мне не докладывали о жалобах купцов на товар. Или есть что-то, чего я не знаю?
— Жалобы Иньиго, бесконечные жалобы на тебя и Медичи, — вздохнул Пий II, — что вы монополизировали рынок продажи квасцов в Европе, постоянно всех давите низкими ценами, и не даёте заработать другим людям.
— Так в этом и есть смысл монополии, Святой отец, — удивился я, — что зарабатываем только мы, а не кто-то ещё.
— Я это прекрасно понимаю, но что никак не уменьшает количество жалоб, — вздохнул он, — особенно в части обвинений того, что венецианцы торгуют с турками, а ты торгуешь с венецианцами.
— Есть прямые улики? — я поднял бровь.
— Нет, — он покачал головой, но добавил, — но пока нет Иньиго.
— Скажите мне имена этих жалобщиков, Святой отец, — попросил я, — я посмотрю, что можно с этим сделать.
Пий II поднял руку и один из послушников принёс два документа, которые он развернул, посмотрел и затем протянул мне. Взяв их в руки, я увидел, что это две копии моего мирного договора с Франческо Сфорца.
— Я подписал вчера, решил раз мы встречаемся лично, передать их тебе, — объяснил он мне появление их сейчас на встрече.
— Моя благодарность, не знает границ Святой отец, — склонил я голову, — чем я могу вас отблагодарить за эту услугу?
Он задумался и пожевал губы.
— Ваше святейшество, — я улыбнулся, — мы с вами знакомы давно, можете говорить прямо. Что вас тревожит?
Пий тяжело вздохнул и затем ответил мне сухо.
— Уговори венецианцев вступить в войну с османами. Можешь даже пригрозить им разрывом нашей сделке по квасцам.
«Ты с ума сошёл? — в голове у меня родилась только одна мысль по этому поводу, — мешать бизнес с личными амбициями, крайне плохое начинание».