— Алик, я пришла за помощью, — выдохнула Яна, заметно волнуясь.
Ночь на 1 января
Роберт стоял у ворот рядом с машиной, в черной короткой дубленке, накинутой на белую, заправленную в джинсы рубашку. Светлые длинные волосы развевал ветер. Как всегда, он выглядел, великолепно, и от него веяло уверенностью, силой и невозмутимым спокойствием.
Увидев Яну, выходящую из ворот, его лицо сразу же расплылось в улыбке.
— Маленький, иди сюда, — он загреб ее в охапку и поцеловал волосы. — С Новым годом тебя!
— С Новым годом, — задыхаясь в его объятиях, выдохнула Яна.
Саша Погодин вышел проводить ее. Обменявшись рукопожатиями и поздравлениями с Робертом и его спутниками, он вернулся в дом. Яна села в машину, и они уехали в ночь.
В это самое время Вадим подходил к дому Сережи Орлова. Отъезжающая от ворот машина обдала его струйками грязной жижи из полузамерзшей лужи, и он, чертыхаясь, отскочил в сторону. Яна узнала Вадима по подвязанной руке и поняла, что тот направляется к ней, поздравить с Новым годом. Она обернулась, проводила его взглядом и вздохнула.
— Что вздыхаешь, детка? — спросил Роберт, обнимая и целуя ее. — Познакомься с ребятами. За рулем — Миша, а рядом с ним — Борис, — представил их Роберт.
— Привет, Яна, — поздоровались его друзья.
— Привет-привет, — улыбнулась Яна. — С Мишей мы виделись у «Снежинки» несколько раз и на похоронах у Юры. А с Борисом учились вместе в школе, только он на год раньше закончил.
— Да, мы виделись, — подтвердил Миша.
— И я тебя п-помню, Яночка, — улыбаясь, сказал Борис.
Машина ехала по ночному безлюдному городу, совершенно пустынным улицам, мимо освещенных окон домов, где советский народ веселился, пил водку и праздновал Новый год, доедая оливье, холодец и селедку под шубой.
__________
Вадим зашёл в дом Серёжи Орлова и начал шумно поздравлять всех с праздником, всё время ища глазами Яну — но так её и не нашёл. Сташевский, прищурившись, с интересом наблюдал за ним, сидя за столом со стаканом вина в руках.
— Вадим, — позвал он, — иди сюда, выпьем!
Полянский настороженно посмотрел на своего соперника, но всё же подошёл. Алик не спеша налил ему вина.
— Как твое плечо? — с напускным участием спросил тот.
Вадим удивился:
— Лучше, уже практически не болит. А где Яна? Я ее что-то не вижу.
— Она только что уехала. Её забрали на машине, — саркастически улыбнулся Алик, наливая себе ещё вина, хотя уже был изрядно выпивший.
— Как уехала? Куда? С кем? — воскликнул Вадим, и на его лице отразились удивление, недоверие и растерянность.
— Ты знаешь такого Робин Гуда, дружище? — Алик залпом выпил стакан вина, и у Вадима глаза полезли на лоб: Сташевский вообще никогда не пил. — Так вот, Вадим, она чихать на нас с тобой хотела. Он только пальцем поманил — и она тут же убежала. Так-то, братан, в пролёте мы с тобой, — он встал и отечески похлопал ошарашенного Вадима по здоровому плечу.