— Что вы хотите услышать, сэр?
— Правду. У тебя есть какие-то особые способности? Импланты, которые не указаны в медкарте?
Я мог солгать. Но Зервас явно что-то знал или подозревал.
— Возможно, — осторожно ответил я. — Иногда я чувствую… нечто. Назовём это интуицией, предчувствием опасности. И это чувство иногда направляет меня. Буквально руководит мною, моими движениями…
— Интересно. — задумчиво протянул капитан и вернулся к столу.
— Знаешь, Алексей, в нашем деле такие способности очень ценятся. Солдат с развитой интуицией стоит целого взвода обычных бойцов.
— К чему вы ведёте?
— К тому, что ты идеально подходишь для нашей программы. Твои… особенности… будут очень востребованы.
Он сел за стол.
— Подумай об этом. Ты можешь стать обычным солдатом и прослужить положенный срок в каком-нибудь захолустном гарнизоне. А можешь стать профи, элитным бойцом, который выполняет важные задачи и получает за это… соответствующее вознаграждение.
— А что с моими товарищами?
— Если они согласятся, то пойдут с тобой. Вы показали себя как слаженная команда. Разделять вас было бы неразумно.
Логично. Но я чувствовал подвох.
— Есть ли какие-то… особые обязательства? Условия, о которых вы умолчали?
— Стандартный контракт на пять лет, — ответил Зервас. — С возможностью продления. Но поверь мне, большинство остаются дольше. Работа интересная, оплата хорошая, перспективы карьерного роста отличные.
Пять лет. Долгий срок. Хотя у меня, да и у всех членов моей группы контракт на пять лет уже подписан. Так что в этом случае меняются только его условия.
— Я подумаю, сэр.
— Думай. Но помни — такие предложения делаются не часто.
Я направился к двери, но его голос снова остановил меня:
— И ещё, Алексей. Вчера погиб один из моих людей.
Я обернулся.
— Кто?
— Инструктор Коваль. Один из тех, кто выступал в качестве агрессора. Сердечный приступ, прямо после учений.
Странно.
— Врачи говорят, стресс, — продолжал Зервас. — Но я думаю, причина в другом. Он видел что-то, что его потрясло до глубины души. Что-то, что не укладывалось в его понимание возможного.
Он посмотрел мне в глаза.
— Ты не знаешь, что это могло быть?
— Нет, сэр.
— Жаль. Коваль был хорошим солдатом.
Я вышел из кабинета с тяжёлым чувством. Возможно, смерть инструктора действительно была на моей совести. Мои способности напугали его до смерти. Буквально.
Это был ещё один аргумент в пользу того, что я становлюсь опасным. Не только для врагов, но и вообще для всех. По крайней мере для таких вот впечатлительных.
Планета Сканда-4, учебный лагерь «Кузница победителей», лазарет