Чёртов ад, а не планета. Вот почему здесь населения так мало и грызутся за каждый островок земли.
Желающие овладеть мной вышли нетерпеливо на стартовую площадку к отчерченной линии. Целых восемь воинственных смуглых молодух набралось, не считая главной красотки. Все по–летнему одеты, потому что здесь, как в парилке. Хотя до снега рукой подать.
Хоть и рядом не стояли со Страпонеллой, но среди кандидаток отметил для себя двух. Мясную милашку с каштановыми волосами, лоснящимися, как у жеребца, хорошим размером груди и глазами голубыми и блядскими. И чёрненькую худышку с сильно выпирающими ягодицами, зенками необычными сине–фиолетового цвета и чересчур милым личиком.
На меня девки поглядывают с интересом, с иронией. Ещё бы! Пришлось напялить их лохмотья, и стать полуголым самцом. Для полной картины в соответствии с условиями соревнований взять лук с колчаном, как обязательный аксессуар, и выбрать одно из предлагаемого второго оружия. Мечи всяких разновидностей, копья, топоры, дубинки, хлысты.
Взял обычный меч, самый лёгкий, и то еле приспособил за спину. Оказалось, это кинжал.
Соперницы все упакованные перевязями, за спинами страшные игрушки прикреплены. Такая пройдёт в толпе на торговой станции Первого круга империи без задней мысли и посыплются прохожие по кусочкам.
Сами лыбятся, а у меня мандраж. Стрелы из колчана сыплются собаки, а эти ржут, как лошади. И не только эти!
Зрителей вокруг и вдоль маршрута — целое бабское племя. Человек под триста. Тоже смеются, будто в цирк первый раз попали.
Но стоит Страпонелле руку поднять, воительницы затыкаются. И ветер начинает завывать по новой.
— Ритуальный танец во славу богов и их благословения! — Объявляет местная старая шаманка, разодетая, как пугало, и страшная, что смерть.
Со всех сторон застучали палочками в такт, создавая наитупейшую мелодию. Шаманка выть начинает протяжно, а кандидатки бросаются в пляс. Ляжки лоснящиеся в стороны расставили, сиськами трясут. У Каштанки через раз сочные буфера выпадают, она их поправляет с видом невозмутимым.
Налюбовался, позабыв о всех проблемах.
Исполнив танец, не иначе племени «тумба–юмба», девки встают обратно на позиции с воодушевлёнными лицами и ноздрями раздутыми.
Вот это настрой!
— Да начнётся! — Восклицает шаманка.
Но тут из толпы зевак раздаётся недовольное:
— Это не честно! Щегол тоже должен получить благословение!
— Да! Да! — Подхватывают аборигенки. — Пусть танцует!
Страпонелла, стоящая со мной рядом, смотрит на меня снисходительно сверху–вниз и соглашается:
— Танцуй, адмирал, яйцами хоть потряси напоследок, как свободный.