— Ответишь на несколько моих вопросов и, если ответы мне понравятся, будешь жить.
Тело жрицы пробила мелкая дрожь, и она ответила, не поднимая головы:
— Спрашивай, повелитель, мне нечего скрывать…
Шейма прекрасно знала, чем ее травили некоторое время назад. Это пепел очень дорогого и редкого цветка под названием — алия. Хватит одной крохотной щепотки в закрытом помещении, чтобы потерять сознание и затем в таком состоянии нести чистую правду без возможности соврать. Так что, о чём император хочет ее спросить, он уже знает и просто намерен лишний раз убедиться в ее преданности…
— Почему ты здесь, а не там с предателем Гигемешем?
Император заметил, как сжались кулаки Шеймы, как напряглась ее спина, и свернулся кольцами хвост.
— Он, — прохрипела она, — забрал моего ребенка и вышвырнул меня прочь, как ненужную, использованную вещь. Я хочу отомстить и вернуть себе малыша.
Мушхааг посмотрел на своего телохранителя и спросил прямо:
— Нужна она тебе с чужим ребенком?
Затем он скривил губы и сказал, как выплюнул:
— С отпрыском предателя.
Шаагум промолчал, лишь коротко на это кивнув.
Император сморщился и оценивающе посмотрел на затылок Шеймы. Но она не могла этого видеть, и казалось, ее спина напряглась еще больше.
Император брезгливо фыркнул и продолжил:
— Где сейчас стоянка заговорщиков? Где он копит силы?
— На тот момент, когда он меня вышвырнул, его стоянка находилась возле планеты Хеш в системе Зуран. Не думаю, что из-за моей пропажи он куда-то ее перенес. В последнее время он не так осторожен, как раньше.
— Почему?
Император с интересом подался вперед.
— Всё из-за его новых телохранителей. Не знаю, где он их взял, но они ужасны и беспощадны.
— К какой расе они принадлежат?
— Не знаю, знаю только то, что они не живые — искусственно созданные…
Мушхааг откинулся на спинку стула и задумался. Его пальцы нервно постукивали по затылку Шеймы, оставляя остро отточенными когтями легкие царапины на коже.
— Еще я знаю их имена, и как зовут их командира.
— И как же?
— Имена очень просты, но их надо произносить особым голосом, и если мой повелитель пожелает, я попробую.
— Давай.
Император снова подался вперед и положил вторую руку на затылок жрицы.
— Их главного зовут… — тут голос Шеймы изменился, он стал каким-то низким, вибрирующим, и она, выворачиваясь из-под рук Мушхаага, выкрикнула: — Гугеш-ра!
С быстротой молнии Шейма переместилась за спину опешившего императора, продолжая выкрикивать:
— Первый, Второй, Третий, Четвертый…
От ее голоса задрожали стены, сверху сыпалась каменная крошка, и воздух в помещении ощутимо сгустился, начиная искриться. Шаагум выхватил пуш и метнулся к Шейме. Но та, как будто не замечая этого, вцепилась в императора, продолжая выкрикивать: