— Каков твой план? — ровным голосом спросил он ее.
Глаза Шеймы заблестели, и она с надеждой посмотрела на Изгуша.
— Меня надо доставить на один из центров, через который другие расы торгуют с империей Митхар. Там под видом жрицы храма Гиташи мне несложно будет сесть на один из кораблей, отправляющихся с товаром на столичную планету Хихуг. Прибыв на место, я найду там Шаагума — главного имперского телохранителя. Он когда-то был моим наставником и очень хотел, чтобы после выполнения моего задания против Изгуша, я стала его женой. Надеюсь, его чувства ко мне еще не совсем иссякли…
Шейма прервалась, опустила глаза и склонила перед Изгушем голову.
— Продолжай.
— Я постараюсь его очаровать и убедить в том, что мне есть что рассказать лично самому императору.
Она перевела взгляд на контейнер с младенцем, коснулась его кончиками пальцев и, грустно улыбнувшись, продолжила:
— Я думаю, Шаагум поверит, убедит императора в необходимости этой встречи и проводит меня во дворец. В нужный момент я активирую маяк, воины Ши во главе с тобой перенесутся во дворец и после короткой схватки с охраной принудят императора отказаться от трона в твою пользу. Затем Первый убьет Мушхаага на глазах у придворных… например, за попытку нападения на законного императора.
Шейма выжидательно посмотрела на Изгуша.
— Кем бы ты ни была для Шаагума, — ответил тот на ее взгляд, — ты придешь из стана врага. Поэтому, прежде чем допустить к императору, у тебя основательно покопаются в голове, и наш замысел рухнет. Я хорошо знаю методы ближнего круга имперской охраны…
Затем Изгуш с вопросом взглянул на Первого:
— Вы можете залезть к ней в голову и поправить там кое-что?
Первый подтвердил:
— Да, только после установки маяка.
Изгуш на мгновение задумался, затем решительно кивнул.
— Я согласен, приступай.
Первый встал со своего места и направился к Шейме. Та, понимая, что сейчас должно произойти что-то важное, тоже встала и замерла в ожидании, стараясь даже не дышать.
Воин подошел, провел по спине Шеймы пальцем, и ее одежды водопадом рухнули ей под ноги. Затем он указал на свое пустующее кресло и, дождавшись, пока та усядется, поднял правую руку. Вокруг кресла тут же образовалось тусклое кровавое свечение, и Шейма, дико закричав, выгнулась дугой. Затем ее припечатало обратно к вогнутой вовнутрь спинке, и она забилась в истерике, попыталась вырваться из кресла, но это ей не удавалось. Она как будто приросла к нему, плотно прижавшись всем телом к его поверхности.
Внутри Изгуша всё замерло от жалости к своей любимой. Сцепив зубы, он с напускным безразличием наблюдал за ее мучениями, стараясь не показывать воинам Ши своих истинных чувств.