Мятежники спутали планы, но, в целом, сами за это и поплатились.
Орлов на мой звонок не ответил. Снегов прислал лаконичное: «Хорошо». Мама обрадовалась, сказав что уже начала волноваться. Всё же о моей пропаже из Томашовки и случайном путешествии на Сахалин в новостях не рассказывали. Для большинства я просто исчез, и дальше уже каждый плясал от того что привык. Для родителей я был уже взрослым мальчиком. И при разговоре матушка даже пожаловалась на отца, что тот весь в своей работе и о судьбе сына не только не поинтересовался, но ещё и поругался, что она, мол, слишком меня опекает. Я рассказал, что всё в порядке и просто был занят в столице. А вот Паулина расплакалась во время беседы. В отличие от родителей она знала, что я пропал во время переноса. Так что пришлось успокаивать её, одновременно клюя носом и почти вырубаясь. Голос Тени я слышал на заднем плане, и в нём изначальная тревога сменилась явным облегчением.
Не помню, когда я закончил своё возвращение в информационное поле, успокоив всех переживающих товарищей. Но под конец голова совсем ничего не соображала. Так что, бросив телефон на столе, я принял душ в ванной комнате, которая вполне подошла бы для особ императорской крови. Ну или для цыганского барона. И для тех, и для других количество позолоты было достаточным.
Взгляд мой то и дело касался наполненной и готовой к употреблению ванны-джакузи. Но такой объём расслабления был противопоказан. Было бы печально захлебнуться в бурлящей воде, вырубившись от усталости. Так что действуем по старинке: душ, кровать и глубокий сон без снов.
Рухнув на приятно пахнущую простыню, я отключился почти сразу же. После чего несколько раз просыпался, вываливаясь из сладкого небытия, поворачивался на другой бок и снова падал в тёплую тьму. Удобный матрац, абсолютная тишина и мрак спальни заполняли измученное тело необходимой энергией.
Наконец, сознание перестало отключаться при пробуждении. Я открыл глаза и несколько минут наслаждался абсолютной тишиной. Свет едва пробивался через край тёмных штор. Тело размякло от полученного отдыха. Да и мозг включаться не торопился. Я бездумно лежал на удобной кровати, сонно моргая. После чего повернулся на другой бок и сладко потянулся.
Сознание расслабленно коснулось телефона, лежащего на столе, возле входной двери. Шесть часов вечера, но спать всё ещё хотелось. Однако я всё-таки сел на кровати и опустил ноги на пол. Пальцы утонули в мягком и тёплом ковре. Несколько секунд я сидел, наслаждаясь покоем. После чего решительно поднялся.