Закончив с утренними делами, я оделся и вышел на крыльцо, где отдыхал Нямко. Ведро завозилось, поднялось на тоненькие ножки:
— Ням! — тихо сказало оно. Я присел рядом, наслаждаясь утренней свежестью и тишиной. Птички поют, машин нет, трактир Паулины спит, и даже вывеска погасла, солдат из казарм тоже почти не видно, кроме патруля в районе сонных таунхаусов. Большая часть гарнизона сейчас со Снеговым на новых землях.
Я перевёл взгляд на Колодец, у которого сидело несколько Охотников с ночной смены, все погружены в транс и прокачивают каналы, а один расположился на походной пенке и, пережёвывая что-то, любовался рассветом. Тишина по утрам особенно прекрасна. Мир вообще выглядит довольно мило и пасторально, когда спит зубами к стенке.
— Держи, — я протянул ему камень, который притащил вчера с освобождённых территорий. Приглянулся он почему-то правильной формой.
Нямко осторожно взял подарок, покрутил его в руках.
— Ням… — неуверенно сказал он и аккуратно положил на крыльцо. Отодвинулся в сторону. Хм… Неожиданная реакция. Значит, мы обрабатываем не все камни, мой кристаллосодержащий питомец? Ладно. Я скинул неудачный подарок на землю и посмотрел на часы. Сегодня будет важный день.
Но для начала я заглянул в Конструкт, где повозился с настройками, а потом пробросил гибкий канал до спящего в трактире «Логово Друга» Чеснокова. Убедился в том, что в любой момент смогу закрепиться за энергетический поток и поработать с техникой в радиусе его действия. Так, на всякий случай.
Граф Орлов, как выяснилось, тоже был жаворонком. Когда я прибыл в лагерь Тринадцатого Отдела, то тот уже бурлил деятельностью. Сам граф нашёлся возле костра, где сидел с походной миской и с куском хлеба. Рядом с ним расположился плотный солдат с даром огня, жадно выскребающий из своей плошки еду, а напротив Орлова старательно следил за котелком ещё один боец. Все вели себя так, будто каждый день завтракают со столь важной персоной.
М-да. Я иначе представлял быт Орлова, конечно. Где пафосный дворецкий, где самый большой шатёр и помпезная охрана?
— Михаил Иванович, вы так рано! — заметил меня граф и поманил к себе. — Отведайте каши? Лучший завтрак на свете, уверяю вас. Овсянка, сударь!
— Благодарю вас, но я уже сыт.
— Похвально, похвально. Но всё равно присаживайтесь. Господа…
Он сделал короткий жест, и солдат как ветром сдуло.
— Мне удалось пообщаться с моими коллегами, Михаил. И знаете, мы ведь пробовали порченое золото, — произнёс Орлов, сразу перейдя к делу. — Так что рассказывайте, в чём ваш секрет? Иконы и мечи это чрезвычайно разные инструменты. В них столько же общего, сколько между ложкой и потоком световых частиц. Поэтому, прошу, укажите мне что-то в качестве дополнительной информации. Пока я знаю только то, что и там и там вы использовали золото высокой пробы, которое не работает отдельно. Какой-то ещё материал используется? Краска? Содержание углерода? Не томите, Михаил.