Брун вздохнул, поцеловал ее в макушку.
— А что, ты был бы не против, если бы я… — Она не договорила.
— Было бы круто, — просто ответил он.
— Мы знакомы всего месяца полтора!
— С тобой месяц за год идет, — усмехнулся он и охнул от тычка под ребра.
Телефон снова завибрировал.
— Да, — ответил Брун и, посмотрев на Эльзу, показал большой палец. — Отлично, Кшистоф. Держи меня в курсе.
— Они взяли его? — воскликнула Эльза.
— Да. — Брун сунул телефон в карман. — Его поймали.
Он вытянул руку, из розовых подушечек показались звериные когти.
— И мои способности к обороту возвращаются. — Брун глотнул еще чая. — Позвоню-ка я Клифу. Пусть первым напишет о поимке охотника. Может, сгодится за сенсацию…
Спустившись с дерева, Брун отправился к Марушу, а Эльза, засыпав снегом грязное пятно сока у крыльца, пошла в дом. Она развела огонь в камине, проведя рукой по клавишам фортепиано, сыграла минорное арпеджио. Подойдя к окну, всмотрелась в даль. Люди в оранжевых куртках напоминали ярких птичек, темная фигура Бруна возвышалась над ними на голову.
Открыв кухонный шкафчик, Эльза вынула банку с томатным супом. Вылив в тарелку густую красную жидкость, щедро ее посолила. Старенькая микроволновка пикнула через минуту, и Эльза, аккуратно вынув тарелку, уселась за стол. Зачерпнула суп ложкой и, глубоко вздохнув, принялась есть. Она делала паузы перед каждым глотком, но в итоге осилила почти всю тарелку. Ополоснув ее под краном, устроилась в кресле с книжкой. Тошнота накатывала волнами, подступая к горлу, и Эльза, задумавшись, осторожно положила ладонь на живот, прислушалась… Стиснув зубы, она со злостью швырнула книжку в огонь, искры высыпали волной, ковер задымился. Эльза, ахнув, бросилась к камину, затоптала маленькие язычки пламени на полу.
— Все в порядке? — спросил Брун, распахнув дверь.
— Да… Искры полетели, — пробормотала Эльза.
— Топишь дом книжками? — заметил он обугливающийся корешок.
— Она была неинтересная, — улыбнулась она через силу. — Ну, что там?
— Маруша решили не будить. У него в доме теперь трое зайцев-охранников, их прислали из центра спячки. Будут стеречь его сон. Все улики собраны, отпечатки сняты. Пастырю не отвертеться. Его уже доставили в город, Кшистоф занимается им лично.
— Прекрасно, — одобрила Эльза и, подойдя к Бруну, обняла его. — Как ты себя чувствуешь?
— Кости ломит, — признался Брун. — И во рту такой привкус мерзкий. Сделаешь мне кофе?
— Сейчас, — кивнула Эльза, направляясь на кухню. — И кашу?
— Омлет, — быстро попросил он.
— Ладно, — улыбнувшись, согласилась она. — А потом — постельный режим.