Но реакция последовала несколько иная, чем я ожидал: девица бухнулась на колени и уткнулась лбом в пол, принявшись отбивать молельные поклоны почти в религиозном экстазе.
— О, Великий Погонщик! О, Великий Кхимару, отец всего сущего! Прости, что нарушили твой покой, прости нас, грешных! Мы принесём жертву, мы успокоим твои легионы, мы прольём кровь в течение двадцати четырёх часов! Отпусти нас, о великий! Мы чтим тебя, мы помним! Власть твоя все также сильна и незыблема, страх от твоей поступи все также сжимает когтями сердца людей! Громовой ход твоих легионов эхом раздаётся в душах людей страхом и ужасом! О великий, отец всего сущего, прости нас! Мы больше никогда не потревожим твой покой!
Зашибись. Вот только этого мне не хватало, чтобы девица при виде трехглавого, четырехрукого ящера начала впадать в раболепный экстаз. Может, у него феромоны какие-нибудь странные на неё действуют?
Причём я однозначно видел, что магией на неё никто не воздействует. Тем более что до этого он воздействовал магией на меня, и это был нихрена не возбуждение, а самые настоящие боль, страх и ужас.
Тварь на троне самодовольно улыбалась. А хвост, доселе спокойно лежавший, вдруг начал удлиняться и спускаться, словно лента, по ступеням пирамиды к девушке.
«Да он сейчас Тенишеву при всём честном народе оприходует хвостом, судя по бросаемым на магичку сальным взглядам», — мелькнули у меня далеко не аристократические мысли.
Медлить я не стал, и в момент, когда этот хвост практически коснулся Тенишевой, я схватил её за то, что попалось под руку, а именно длинную тёмную косу, и открыл Врата Миров. Уходить пришлось не в лагерь археологов, а напрямую к нам в столичную больницу. Дальность была, подозреваю, не самая малая, но резерва хватило. Последнее, что я видел, — это изумление на всех трёх мордах великого, вездесущего Погонщика, а вслед за этим портал захлопнулся. Я же закинул магичку себе на плечо и отправился искать Эльзу или доктора Лемонса. Алиса даже звуков никаких не издавала, кажется, совершенно не соображая, где она находится.
Походу, нужно будет проверять девушку ещё и на вмешательство в разум, кроме общего состояния.
Встретив на этаже одного из лекарей больницы, уточнил:
— Где найти доктора Лемонса либо княжну?
Но пока тот ошарашенно разглядывал в каком виде я и Тенишева находимся — все в паутине, грязи, пыли и прочих прелестях из катакомб, — ответил мне Войд.
«В своём кабинете сестра, но не одна, имей в виду».
«Спасибо!» — поблагодарил я напарника и ввалился со всё ещё не отошедшей от шока Тенишевой в кабинет к сестре.