Очередной урок боевой магии, проводимый мной своему оруженосцу, проходил во дворе под пронизывающим осенним ветром. Я был весь в раздрае по поводу не принятого решения, стоит ли открывать парню реальные горизонты магии, или оставить его на обычном уровне боевика, плохо представляющего себе механизм воздействия на мир. Если вспомнить посыл сущности, отправившей меня сюда, то я вроде как должен технический прогресс осуществлять. С другой стороны — никому я ничего не должен. Так почему бы мне не подтолкнуть прогресс магический?
— Жорж, а как мне поможет в бою то, чему меня заставляешь учиться ты?
— Ладно, Жан, раз пошли такие вопросы, поясню. Ты считаешь, что главное в твоём магическом даре ударить струёй воды во врага.
— Ну да, а что еще же? Собрать воду из воздуха или из какого-то источника и в виде стрелы, а потом и копья метнуть в противника.
— Что еще? А как тебе такая идея — забрать воду из противника?
— Это как?
— Вот во дворе на веревке мокрый камзол сушится, сможешь из него вытянуть воду?
— Не знаю, далеко.
— Выбери любой рукав, прицелься, представь, что ты всю воду из него забираешь в лужу под камзолом и долбани волей. Сейчас!
Привычка — великое дело, особенно привычка подчиняться командиру. Она помогает выполнять приказы в бою, когда жизни угрожает опасность или такие приказы, какие вообще вроде невыполнимы. Оруженосец жахнул магией, его даже слегка повело от магической усталости.
— Пошли смотреть, что у тебя вышло. Заодно отдохнешь.
— Вот это боевая магия! Рукав подсушил! Вот я герой — потешался Жан над результатом, а заодно и над своим наставником — Жорж, что еще прикажешь высушить своему боевику-оруженосцу?
— Что? А вон тот куст бурьяна в углу. До него не дальше, чем было до камзола. Смотри, мне нужно, чтобы ты вытянул воду из стебля рядом с землей. Выполняй!
— Погоди, так на нем нет воды, дождя не было.
— Во всём живом есть вода. И уж в траве и бурьяне её в достатке. Вода в стебле, в листьях. Сам же знаешь, если сено не высушить как следует, оно сгниёт. Сейчас!
Удар магией по стеблю куста чертополоха задел ещё и траву вокруг. В зарослях нарисовалось желтое пятно, а трава полегла — сухой участок стебля уже не мог удерживать вес верхней части, наполненной влагой. Тоже произошло и с чертополохом — он упал как подрубленный, засохший ломкий ствол щелкнул, переламываясь как тонкая веточка.
— Молодец, Жан, хорошо попал. Сам видишь.
— И что? Жорж, ты думаешь…
— Человеческое тело тоже напоено водой. Если выжать воду из руки или ноги, она тут же отомрет, не отвалится за счет костей и сухожилий, но будет мертвая как у трупа. Вот такая магия.