Она склонилась над Клюевым и в панике затормошила его:
-Андрей Петрович! Андрей Петрович!
Тот открыл глаза.
-Живой! — обрадовалась девушка и схватила его под руки, намереваясь тащить к врачу.
-Анна…- хрипло произнес Клюев, пытаясь вдохнуть воздух. Его грудь горела огнем. Он зажмурился на секунду и снова открыл глаза, стараясь сфокусировать взгляд на девушке. В ее глазах стояли слезы.
Миронова проснулась поздно… Голова и ноги гудели, живот от голода давно бы приклеился к спине, если бы не то чудо, что росло внутри нее. Только ради этого малыша она, кажется, еще была жива. Иначе бы давно умерла от того количества горя и потерь, что случились с ней в последнее время… Так ей казалось…
Завтраком, вернее уже обедом, ей послужили старые сухари, найденные в шкафу и стакан кипятка. Больше в доме не было ничего. Следовало как-то искать еду. Анна решила идти к советским военным в поисках работы. Наверняка ее знания пригодятся. Она была готова на любую должность, начиная с уборщицы и до переводчицы… Миронова перемерила весь свой скудный гардероб. Все три ее летних платья были узки в талии. Но выбора не было. Надев самое темное из них, девушка оглядела себя в зеркало. Синяки под глазами от усталости и недоедания, но довольно таки округлившийся животик. Накинув сверху дядин пиджак и повязав волосы косынкой, девушка отправилась в комендатуру… «Тьфу ты! В горисполком!»
Через час она сидела напротив одного лейтенанта и рассказывала про себя. Она готова помочь всем, чем может, она владеет немецким, английским и русским в совершенстве. Может работать в госпитале санитаркой… В общем, она очень рада приходу своих, ведь они так их ждали, что теперь будет работать на благо родины, не покладая рук. Конечно, все это девушка говорила совершенно искренне. Молодой лейтенант кивал и записывал ее данные. Кто такая, кем работала до оккупации и чем занималась во время нее. Миронова очень скромно поведала, что была в составе местного подполья и принимала участие в некоторых операциях. Лейтенант заинтересованно слушал, кивал и заявил, что обязательно сообщит о ней начальству. Такие ответственные и преданные партии и народу люди им очень нужны…
Анна осталась в коридоре ждать, а лейтенант ушел докладывать о ней. Его долго не было. Вскоре он появился и с улыбкой пригласил девушку к начальству. Миронову принял знакомый уже ей подполковник Трегубов. Он снова уточнил об ее знании немецкого и предложил ей работать у них в штабе переводчицей. В плен попало много немецких солдат. Допросы велись регулярно, а вот с переводчиками была беда. Анна обрадовалась, ведь за эти месяцы оккупации она приобрела очень хорошую практику и могла на немецком свободно говорить на любые темы…