Ее голосок становился все тише, пока не исчез совсем. Я потрясенно смотрел на настоящее тело Ханны, только сейчас осознавая масштабы массового анабиоза, в который пришлось лечь всему персоналу этого гигантского корабля.
— Что же произошло? — прошептал, прислонившись лбом к холодному стеклу. — Что заставило всех вас пойти на такое?
— Много чего, — тут же ответила Штайнер. — Мы потерпели поражение в очередном сражении с Чужими. Нам удалось выйти в гиперпространственный прыжок, выкинувший нас в неопознанной системе. Многие покинули корабль в челноках, решив попытать удачу в самостоятельной стыковке на чужой планете. Остальным пришлось оставаться на корабле, терпящем аварийную посадку. Радиация, нехватка припасов и прочие беды вынудили многих из нас покинуть родной «Мерцающий», а остальные легли в камеры анабиоза, надеясь на то, что их когда-нибудь отыщут свои.
— Я обязательно найду…
Но Штайнер прижала прозрачный пальчик к моим губам. Он был почти неощутим, как слабое дуновение воздуха.
— Не надо связывать себя обещаниями, которые не знаешь, когда и как выполнишь, Аркнайт. Давай сначала разберемся с Кристаллом, а потом, если не передумаешь, задумаемся и над энергетической проблемой…
Хмуро кивнув, повернулся к выходу, как вдруг что-то привлекло мое внимание. заметил отдельно стоявшую капсулу. Я бы ее и не заметил, так как она пряталась за остальными в глубине зала. Обойдя, ахнул от изумления! Поднял руку и рукавом оттер налипший иней, рассматривая самую совершенное создание, которое мне когда-либо приходилось видеть. Внутри покоилась девушка воистину невиданной красоты! Она была совершенна! Белокурые волосы стелились чуть ли не до пояса. Лицо, казалось, было вырезано из мрамора искуснейшим скульптором. Она была одета в голубой комбинезон, который до того плотно облегал ее эротичное тело, на которое нельзя было смотреть без трепета, что казалось, девушка лежит совершенно обнаженной. В отличие от синей формы, в которую были одеты все остальные, ее комбез отличался странными серебристыми линиями, превращавшимся в нашлепки на высокой упругой груди шестого размера и внизу живота, исчезая между бедер. На боку у нее висела кобура, из которой виднелась рукоять какого-то оружия.
— Нравится? — раздался над ухом голос Штайнер. Я аж вздрогнул! — Это наш капитан! По ней сох весь экипаж, но для нее существовал только один любимый — «Мерцающий»! Ее родной корабль…
— Да,— насмешливо добавила Ханна. — Если рассчитываешь когда-нибудь присоединить к своему гарему, то могу заранее тебя расстроить. Арина Самусь не из тех, кто благодарит натурой. Более того, на моей памяти она не сближалась ни с кем из мужчин… Точнее, ни с кем из гуманоидов…