— Слава богу!
— Простите?..
— Я с третьего этажа. Из бухгалтерии, — торопливо поясняет она. — Меня сюда временно посадили. Пока не найдут постоянную.
Ясно.
— И… как тут? — аккуратно спрашиваю я.
Она нервно оглядывается на дверь кабинета генерального.
— Ну… эээ… он… специфический.
Отличное описание.
— Предыдущая помощница продержалась две недели.
— А до нее?
— Девять дней.
Я моргаю.
— Серьезно?
— Серьезно. Вчера одну кандидатку довел до слез, — она понижает голос. — Она выбежала из кабинета вся красная.
Ого.
— И часто он так? Кричал что ли?
— Он вообще не повышает голос, — шепчет девушка. — И от этого еще хуже.
Мне начинает казаться, что я поднялась не на этаж выше, а на уровень сложности «кошмар».
— А в чем задание? — спрашиваю я. — Ну, то срочное?
Она качает головой.
— Не знаю. Но он сегодня утром сказал директору по кадрам: «Если мне снова приведут неподходящую кандидатуру, вы сами сядете в приемной».
Прекрасно.
— Ну, я звоню? — неуверенно спрашивает она у меня.
Как будто у меня есть выбор.
Я делаю глубокий вдох.
— Звоните.
Она дрожащими руками снимает телефонную трубку.
— Кирилл Олегович? К вам по поводу вакансии… Да, хорошо.
Она кладет трубку и переводит на меня взгляд.
— Идите. И… удачи вам, Наташа! — говорит она с таким видом, будто отправляет меня на фронт.
— Спасибо, — бормочу я, направляясь к двери в преисподнюю.
Ладонь ложится на холодную металлическую ручку.
Сердце стучит где-то в горле.
Я уже тяну дверь на себя, когда из кабинета раздается низкий, холодный мужской голос:
— Если это очередная «подходящая кандидатура», предупреждаю — я сегодня не в настроении.
Я замираю.
Вот черт!
Глава 3
У меня внутри что-то сжимается.
Я делаю нервный вдох.
Стучу.
Ответа нет.
Так, ладно.
Нажимаю на ручку и захожу внутрь.
Темно.
Не буквально — свет есть. Но приглушенный.
Темное дерево. Темные стены. Темный ковер.
На стене висит абстрактная картина с кроваво-красной полосой, будто кто-то размазал краску кулаком.
По крайней мере, я надеюсь, что это краска, а не остатки от предыдущей «подходящей кандидатуры».
Оптимистично.
Огромное панорамное окно наполовину прикрыто деревянными жалюзи, дающими хищную полутень.
Свет падает только на стол — массивный, почти пустой.
Ни бумажек. Ни папок. Ни хаоса.
И… самого Кравцова не видно.
Отлично. Монстр невидим. В засаде что ли сидит?
Я делаю шаг внутрь.
— Закройте дверь, — доносится откуда-то справа.
Я вздрагиваю и только сейчас замечаю боковую зону — небольшую переговорную часть.
Там он и стоит.
Спиной ко мне.
Снимает пиджак. Движения спокойные. Выверенные.