Струна все натягивалась, натягивалась, гулом отдаваясь в голове, а потом вдруг оборвалась, оставив после себя странную сосущую пустоту, и я поняла — Рэйнард ушел.
После отбытия светлейшей пары люди расслабились, загомонили, стали медленно разбредаться, снова распределяясь по своим очередям и обмениваясь впечатлениями.
— Леди-то какая ладная. Нарядная, красивая, — не особо церемонясь, толкнула меня в бок жена лысого торговца, одного из тех, что обсуждали недобросовестного поставщика, — и супругу своему уж так улыбается, так улыбается… Я бы со страху померла рядом с инквизитором, а она улыбается.
Женщина зябко передернула полными плечами и явно собиралась что-то добавить, но тут между нами ловко вклинился Лис, отвлекая внимание на себя. Дар приятеля сработал как всегда безупречно — обо мне мгновенно забыли и больше не тревожили. К Ворону вообще опасались приставать с разговорами, инстинктивно чувствуя в нем угрозу. От него даже отодвинуться старались подальше, насколько возможно. В плотной толпе ожидающих мастер стоял совершенно свободно и мрачно молчал, время от времени бросая на меня хмурые взгляды. А я…
Я еще ниже надвинула на лицо капюшон и вернулась к своим мыслям.
О новом деле, которое мне предстоит. О заказчике. О том, какие вопросы задам ему и его жене, какие пункты обязательно добавлю в договор. Если, конечно, вообще соглашусь его заключить.
А о синеглазом инквизиторе не думала. Не вспоминала о том, как пальцы Алианны касались его локтя, а плечо — плеча. Совсем не думала и не вспоминала, я сказала. Ни секунды. И все. Точка.
Слава богам, дальше все шло гладко, без единого происшествия. Очередь бойко двигалась вперед, и уже минут через двадцать мы ступили в портал, чтобы вскоре выйти из него далеко от столицы, в маленьком провинциальном городе, где нас уже ждал заказанный Вороном экипаж.
Еще полчаса дороги, и мы прибыли в имение заказчика. Впрочем, имением этот небольшой двухэтажный особнячок, окруженный хозяйственными постройками и милым, но тоже крохотным садом, назвать можно было лишь с натяжкой. В доме царили чистота, уют — и никаких следов вызывающей помпезной роскоши, которую так любили местные аристократы. Хозяева, очевидно, не отличались особым богатством.
Худая неулыбчивая женщина в темном вдовьем платье вскинула голову с затянутыми в тугой узел волосами, осмотрела нас с ног до головы и проводила в гостиную. Распахнула двери, церемонно провозгласила:
— Это к вам, Теренс.
И, дождавшись, когда мы войдем, плотно закрыла за нами двери.
Неприятная особа.
А хозяин и предполагаемый заказчик, как ни странно, произвел на меня очень приятное впечатление.