– М-да, – я посмотрела на лежащее тело санитара. – Естественный отбор в действии. Грошш, кажется, штатное расписание твоего медицинского корпуса нуждается в серьёзной корректировке. А папеньку, похоже, придётся мне зашивать.
«Ну что, Марго, – подумала я, принимаясь за работу. – Раньше ты искала улики для прокурора, а теперь – для генерала, который готов ради тебя ограбить полмира. Масштабы растут, а пациенты всё такие же неразговорчивые».
Процесс зашивания вождя прошёл в интимной обстановке: я, Грошш и туша санитара, которая храпела на полу так, что со сводов пещеры сыпалась каменная крошка. Когда я закончила, Гарр-Трох выглядел почти прилично – если, конечно, не присматриваться к шву, напоминающему застрявшую гусеницу.
– Всё, Грошш, папенька готов к окончательной депортации в Грызхаллу, – я стянула перчатки и устало потерла переносицу. – И убери это… – я ткнула носком ботинка в обморочного воина. – Пока он не решил, что находится в раю для героев.
Генерал молча подхватил санитара за шкирку и выкинул его за порог, как мешок с картошкой. Вернувшись, он подошёл ко мне вплотную. От Грошша веяло таким жаром и решимостью, что я невольно сделала шаг назад, упершись поясницей в холодный край стола.
– Ре-а-ген-ты, – старательно выговаривая незнакомое слово, пробасил он и навис надо мной зелёной скалой. – Ты сказала, тебе нужно всё. Что именно?
– Ну, я имела в виду кислоты, лакмус, хотя бы примитивный перегонный куб… – начала я, но он перебил.
– Завтра к полудню жди моих воинов. Шаманы окрестных кланов уже начали паковать сундуки. Те, кто откажется – поделятся имуществом посмертно.
– Обожаю твой подход к решению логистических проблем, – я хмыкнула, чувствуя, как от близости горячего тела генерала внутри разливается приятное тепло. – Но учти, если ты притащишь мне сушёные лапки летучих мышей вместо серной кислоты, я заставлю тебя их есть.
Грошш вдруг протянул руку и аккуратно, одними кончиками пальцев, заправил выбившуюся прядь моих волос мне за ухо. Его ладонь была размером с мою голову, но прикосновение оказалось неожиданно невесомым.
– Ты спасла меня от яда, – тихо сказал он. – Нашла то, что не видели старые шаманы. Моя женщина – великая сила.
– Твоя женщина просто хорошо училась в меде и не прогуливала химию, – я попыталась вернуть себе привычный скепсис, но мой внутренний циник вдруг подавился сарказмом, поскольку орк не убрал руку, а медленно провел большим пальцем по моей скуле. – Грошш, у нас тут производственное совещание, а не вечер свиданий.