— Лабиринты и ловушки… Как же я жил-то без вас триста лет… — бормотал Эйден, цепляя силиценовую веревку за рогатую восьмерку и выкидывая свободный конец в окно. Ему предоставили совсем небольшой выбор одежды, но он решил сменить плотный рабочий комбинезон на темные зауженные брюки и джемпер из тонкого материала. Кроме того, что теперь он стал похож на франтоватого разведчика, Эйден преследовал этим и практический смысл. Ведь раз уж придется плыть, то после — хорошо бы скорее обсохнуть. Кинув напоследок шарик корма мини-Джуру, андроид подошел к окну. Ему надо было спуститься до авиапарковки на соседнем этаже. Эйден обмотал веревкой одну руку и, нарушая все правила безопасности, вылез наружу. Пять или шесть толчков от стены, и он проскочил в открытую террасу для карфлайтов. Выбрать подходящий оказалось просто: все они выглядели совершенно одинаково. Как большие гладкие сигары. Эммерхейс подошел к ближайшему карфлайту — серо-стальному — и в несколько секунд разблокировал отмычкой. Пожалуй, легкая часть плана на этом закончилась? Эйден забрался в карфлайт и огляделся в поисках управления. Изнутри летательный аппарат был таким же лаконичным, как и снаружи. Ни штурвала, ни кнопок… ни чего бы то ни было. Но ведь жители Ибриона имели общих предков с коренными бранианцами, а значит системе надлежало быть интуитивно понятной.
— Центральный архив, — отчетливо сказал Эйден, усаживаясь в кресло.
По обшивке напротив забегали огоньки. Стены вокруг прояснились, сквозь них стал виден город.
— Принято. Расчетное время прибытия — семь минут тридцать секунд, — пропел компьютер и поднял карфлайт в воздух.
Через восемь минут Эйден стоял перед открытым люком скважины позади архива в полной уверенности, что теперь-то уж легкой части плана точно конец. В люке плескалась черная вода. Ни зги сквозь эту муть не просматривалось, и Эйден в раздумьях похлестал языком над поверхностью. Ядовитых испарений не было. Вода и краситель с поглотителем света. Но андроид обходился без фонарика, он мог ориентироваться в полной темноте с помощью ультразвука. Шпион погрузил в колодец руку, но почти сразу выдернул и не по-императорски выругался. Там плавали какие-то мелкие твари, которые дружно и весьма ощутимо ударили его током. Но как они поняли, где рука? Чтобы не принять чужака друг за друга, они должны были сравнивать показания термодатчиков. Кожа андроида была гораздо теплее черной воды. «Почему в буклете ни слова о тварях?» — Эйден задумчиво взъерошил волосы и начал понижать температуру тела. Ему повезло: кровь на основе редкой амальгамы густела при восемнадцати градусах, а вода была чуть теплее. Он сунул руку в воду еще раз: электрические медузы (или как они там выглядели) плавали рядом, касались пальцев щупальцами, но уже не стрекали.