«Минерва» с визгом тормозов остановилась в двадцати шагах. Дверцы распахнулись.
— Оружие, — тихо сказал Валдис, первым выскакивая на мостовую. Его наган уже был в руке.
Иван Павлович, хоть и врач, машинально проверил свой браунинг в кармане пальто. Шлоссер, выйдя с другой стороны, бесшумно обошел ландо, прикрывая спутников.
Из здания доносились приглушённые звуки: грохот, крик, звон разбитого стекла. Бой шёл внутри.
Валдис, прижимаясь к стене, жестом показал на парадную дверь — она была приоткрыта. Шлоссер кивнул, указывая на чёрный пролом подворотни — служебный вход.
— Я — внутрь, — прошептал Валдис. — Максим, ты с заднего. Иван Павлович, прикройте здесь, у ландо. Никого не выпускайте.
Пригнувшись, он юркнул в распахнутую дверь и растворился в темноте подъезда. Шлоссер метнулся в сторону подворотни.
Иван Павлович остался один у лакированного экипажа. Сердце колотилось. Он заглянул в ландо. Внутри — пусто. На сиденьях валялась смятая газета, пустая бутылка. Но на козлах, на облучке, лежала синяя драповая фуражка. И тут же, под сиденьем, он заметил длинный, узкий футляр из тёмной кожи, похожий на футляр для хирургических инструментов.
Он потянулся к дверце ландо, чтобы открыть её и заглянуть внутрь футляра. Но в этот момент из темноты подворотни вырвалась фигура. Не Шлоссер.
Высокий, широкоплечий мужчина в тёмном пальто и кепке. В одной руке он нёс небольшой ящик, в другой — револьвер. Его лицо, освещённое светом фонаря, было бледным и перекошенным злобой.
Их взгляды встретились. На долю секунды в глазах незнакомца мелькнуло удивление, сменившееся яростью.
— Полицай⁈ — прохрипел он и, не целясь, резко вскинул руку с револьвером.
Иван Павлович инстинктивно отпрыгнул за колесо ландо. Глухой выстрел разорвал тишину Пречистенки, пуля со звоном ударила в лакированный борт, отскочила рикошетом.
Из здания в ответ на выстрел донёсся новый взрыв голосов, ещё один выстрел — уже изнутри. Потом — грохот падающей мебели и чей-то отчаянный крик: «Держи его!»
Громила, озираясь, метнулся не к улице, а обратно в подворотню, туда, где только что скрылся Шлоссер.
Нащупав в кармане браунинг, Иван Павлович рванул за преступником.
После отбытия Ивана Павловича и чекистов на Пречистенку в больнице воцарилась напряжённая, выжидательная тишина. Леонид Ковалёв остался дежурить в небольшой комнате при лаборатории, отведённой ему как помощнику наркома. Идти домой не хотелось.
Рука под бинтом ныла тупой, назойливой болью, но он даже не обращал на это внимания — голова была занята совсем другим.