— Мам… — сказал парень тихо. — Вы слышали новые новости? Ходят разговоры… Говорят, где-то на соседних ветках и станциях появились какие-то странные люди, их ещё называют «одаренными». Такие… разноголосые мнения.
— Слухи ходят, мы слышали. — осторожно ответила та. — Но ты сам знаешь, тут они плодятся быстрее, чем плесень. Да и лучше спрашивать о таком Алису, она у нас в центре всех слухов работает. — подмигнула Вероника своей дочери.
— Да. — кивнул сын. — Ты права. — Алиса, ты в курсе новостей?
Девушка дернула щекой, и опустила взгляд в металлическую чашку, из которой уже перестал идти пар.
— Слышала. — коротко сказала она. — И хорошего в них мало. Вроде как у некоторых людей появились сверхспособности. Но я не очень-то в это верю. — покачала девушка головой.
— Понятно. — добавил парень, и сделал большой глоток. — В любом случае, помните, что мы вместе, давайте держаться друг друга.
— Наш род особенный. — вдруг добавила Вероника Павловна. — Мы никогда не сдаёмся. И, конечно, всегда поддерживаем друг друга.
Её дети улыбнулись, и прижались к матери.
— Спасибо тебе. — хором сказали брат с сестрой, как истовые близнецы.
Они ещё немного помолчали. Каждый витал в своём собственном мире. Станция тем временем жила дальше: кто-то разговаривал шёпотом у прохода, дежурный менял перегоревшую лампу. Справа от них, через тканевую стенку, какая-то девочка не могла уснуть. От чего считала металлические клёпки на пластине.
— Сашка. — сказала Вероника одними губами, куда-то вдаль. Имя само пришло ей на уста. Старший сын был где-то там, выше, совсем в другой линии событий. Со своими проблемами. Она была уверена, что он жив. По крайней мере, ей хотелось в это верить. — Мы здесь, — так же безмолвно добавила она. Но, конечно же, никакого ответа не последовало. Зато рядом было дыхание Артёма и Алисы. Сейчас ей хватало и этого.
Перед тем как лечь спать, она привычным движением проверила, что взять с собой на следующий день. Сложила из пакетов аккуратные стопки. Отложила лекарства для мужа. Страх ещё был, он никуда не делся. Но вместе с ним было и другое, спокойное, вязкое чувство. Оно приходило только после дня, в котором выжил каждый, кто стоит у тебя перед глазами.
— Мам. — зашевелилась Алиса. — Ты засыпаешь?
— Нет, дочка, но сейчас пойду. — ответила Вероника Павловна. — Тебе на работу не пора?
— Да пора бы. — почесала девушка затылок, и поднявшись, отряхнула с коленей пыль. — Все, я побежала тогда. — посмотрела она на свою семью. — Артем, будет время — заходи к нам.
— Хорошо. — кивнул ей брат напоследок.