— Риски? — было сильное опасение, что если попробую построить фразу больше, чем из одного слова — остальные, все до единого, окажутся матерными.
— Не выше стандарта. Очень ровные прогнозы. Я такого в личной практике не встречал никогда, но про подобные случаи нам рассказывали. В контексте формирования новых элит. Когда на некоторые факторы реагирует только определенный круг участников, и рубит на этом самый максимум. Мы, Дима, удачно прислонились к схемам астрономического масштаба, и во мне бьются страх и восторг, — он крайне удачно описал мое состояния.
— Серег, спасибо тебе огромное, что нашел вариант объяснить мне это все по-людски. Ты в тосте правильно сказал, я от этой всей науки засыпаю, а сейчас, чувствую, спать вообще не время. Да еще и отъезд этот… Излагай. Я уверен, что ты продумал хотя бы хода на три вперед, — я пошарил по карманам в поисках сигарет, но не нашел. Банкир достал свою пачку и протянул мне.
Лорд со своими помощниками, в числе которых был и тот «мятый», памятный по первому визиту в банк, его, оказывается, звали Валентин, родили какую-то схему с фондами, трастами и прочими словами, которые ничего для меня не значили. Но Ланевский уверял, что лучше ничего не придумать, и я, глядя на него, поверил. Просто тупо поверил и попросил привезти завтра утром все нужные бумаги, чтобы я успел все подписать перед вылетом. Уехал он через часа полтора, и я, накрыв угли крышкой, пошел прощаться с женой.
Утром на столе, том самом, глубинного цвета, стоял чай и яичница с сосисками-осьминожками, любимый завтрак Ани и мой. Четвертинка сосиски надрезается снизу раза три-четыре — и при жарке получается «осьминожек». Надя не отходила, касаясь меня то рукой, то плечом, то грудью. Но пришло время, мы встали напротив Бормана. Я крепко обнял ее, поцеловал, и вышел на крыльцо, закинув рюкзак на левое плечо.
Внутренний скептик тут же врубил Карлссона, и «что-то мне так домой захотелось», но я стоически дошел до границы поселка, где уже булькал красный Хаммер Артема.
— Салют! Готов? — лаконично начал он.
— Да пес его знает. Но сделаю все по плану, — ответил я, даже не пытаясь привести чувства в порядок.
— Ты спохмела что ли? Есть пиво и вискарь, если что, — сразу видно мастера в организации незабываемых путешествий.
— Не, нормально. Страшно капец как, а в остальном нормально, — пробурчал я, глядя в окно.
— Чего страшного-то? Все просчитано без обмана у волшебника Сулеймана — мимо нот пропел он, не добавив покоя душе.
— Забей, просто мандраж, — буркнул я.
— Держись, Дима! Дальше будет веселее! — насквозь фальшиво провозгласил организатор незабываемых путешествий, нажал на педаль, и его алый детеныш карьерного самосвала повез нас в аэропорт.