Где-то затявкала собака, возвращая меня в реальность. Я уже привычными движениями поставил бокс на колеса, но в этот раз закрепил весь комплект, все четыре. Сверху на карабин прицепил рюкзак, и вытянул ручку кофра — она выползла на полтора метра, змеясь широкой красной капроновой лентой, типа тех, которыми в аэропортах огораживают подступы к стойкам регистрации. И покатил всю конструкцию под горочку по интуитивно понятной тропинке. Где находилось кафе Самвела, мне рассказал водитель «буханки», пока вез в поселок.
— Ах, телега ты моя, вдребезги разбитая, — негромко напевал я случайно всплывшую в памяти старую песню, поглядывая через плечо, как мое колесное барахло опасно качается, но почему-то не падает. Видимо, дело было в хитрой системе подвески: втулки крепились к ободам кучей пружин, расходящихся, как солнечные лучи. Поэтому вся эта городьба ехала довольно уверенно, несмотря на то, что ровными дорогами тут и не пахло. Пахло чем угодно, кроме ровных дорог, кстати. Где-то топили печку, наверное, для бани. Тянуло мокрыми сетями и брезентом. Издалека доносился запах простора и большой воды. Не могу его описать, но ощущался он именно так. Видимо, так пахла Индигирка, которую я пока еще не видел. А вот в череде ароматов стали попадаться съедобные нотки: жареное мясо я учую издалека, тем более, что завтрак был часов шесть назад. Кроме мяса пахло луком и, кажется, пловом. Ну, или это голод начал выдавать желаемое за действительное.
В самолете я достал конверты, которые прислал Головин. Первый, что нужно было открыть по прилету в Якутск, велел после заселения пообедать в каком-то пафосно-аутентичном ресторане, потом посетить краеведческий музей, а вечером — театр, только я не понял, какой из кучи увиденных имелся в виду. Там давали что-то историко-этнографическое, в названии было то самое «Олонхо», про которое Артем упоминал при нашей первой встрече. В любом случае, фарш невозможно провернуть назад, корову из котлет не восстановишь. Поэтому оставалось надеяться, что никаких судьбоносно-важных элементов плана я не пропустил, а живое общение с персонажами городских легенд и современного бестиария как-то компенсировало пропущенную мной постановку по мотивам великого якутского эпоса. Ну, и что национальную кухню отведать доведется в другой раз. Так, что я опять о жратве-то? Значит, и вправду оголодал.
Второй конверт я вскрыл, как только самолет, щелястый домик Элли, перестал подскакивать на ВПП. Там было мало вводных: зарегистрироваться в МЧС, заселиться в гостиницу. И зайти к Самвелу, поесть и узнать насчет завтрашней отправки вверх по течению. Интересно, откуда Головин знал про Самвела? И отдельно интересно, что это вообще за персонаж такой? Да и есть хотелось уже практически нестерпимо, поэтому я опять решил поступить не так, как предписывал конверт. Да, вот такой я бунтарь и нонконформист. И голодный.