Влад чувствовал, что перестал управлять своей жизнью.
Будто бы та, словно норовистый конь, оборвала поводья и теперь скачет, куда глаза глядят. А всадник думает лишь об одном — как удержаться и не свалиться под копыта.
По возвращении в Москву чёрная полоса продолжилась.
В первый же рабочий день генеральный вызвал Дерюгина к себе и поставил вопрос ребром — не тянешь. И если раньше его, Влада, подтягивал Глеб, то теперь Дёмин ушёл на другую должность, став одной из ключевых фигур компании. Прикрывать и выручать больше некому.
— Сам понимаешь, Владимир, держать тебя на прежнем месте нецелесообразно, — не стал вилять Новицкий. — Работник ты неплохой, стараешься, но выше головы не прыгнешь. Я год ждал, когда ты выйдешь на новый уровень, но вместо роста ты продемонстрировал топтание на месте, а под занавес и вовсе запустил дела. Понимаю — свадьба и всё такое, но если личная жизнь мешает производственному процессу, надо выбирать — или личное, или работа. Мы не благотворительная организация.
— Илья Всеволодович, но как же? — растерялся Влад. — Я не могу стать безработным, ведь на мне долг за квартиру, и взять такую сумму мне неоткуда! Пожалуйста, не увольняйте, я всё исправлю и впредь ничего подобного не допущу!
— Речь об увольнении и не идёт, я собирался предложить тебе другое место. Правда, ты потеряешь в зарплате, зато ответственности меньше, да и работа больше соответствует твоей квалификации. Что про долг — как и договаривались, будешь понемногу выплачивать. Мы не собираемся стоять с ножом у горла сотрудника и требовать одномоментно погасить ссуду.
— К-куда вы меня переводите?
— На третий этаж, к аналитикам.
— Когда? — обречённо произнёс Дерюгин.
— Разгребёшь свои завалы, передашь дела Максимову и переедешь, — ответил Новицкий. — Если не согласен — пиши заявление, держать не буду. Но в этом случае тебе придётся вернуть деньги сразу.
— Я остаюсь.
Генеральный кивнул в знак, что принимает ответ и отпустил Влада исправлять допущенные ошибки.
Дерюгин шагал по коридору и прокручивал в голове события последних дней.
Понизили в должности, но что он мог сказать? Были бы деньги, можно было сразу отдать долг и уволиться. Москва большой город, тут масса компаний и море возможностей, на МакроМире свет клином не сошёлся. Но таких средств у него нет. Собственно, благодаря Аде, его счёт дышит на ладан. А это значит, что ему придётся поумерить гордость и смиренно принять отставку. За спиной пошушукаются, не без этого, но слухи на вороту не виснут. Поговорят, и забудут… Хотя неприятно. Ведь он из приближенных к руководству и облечённых особым доверием сотрудников компании мгновенно стал рядовым.