Бледный, как средневековая недевственница перед брачной ночью, папаша проходит сначала во двор, потом в дом.
Походу, он в таком шоке, что не обращает внимания, что в бодрые минус двадцать шесть гуляет в одной футболке. Видя, как мужика колбасит, я немного успокаиваюсь.
Все-таки женщинам важна справедливость.
Вот, теперь ему тоже плохо. Так и должно быть.
Скидываю зипун, спиннываю валенки и маню за собой виновника огромного числа проблем.
Он идет за мной, мрачнея с каждым шагом.
– Страшно, да? – злорадно спрашиваю я. – А ведь можно было всего это избежать. От кастрации еще никто не умирал…
– Что? – Встает товарищ как вкопанный. – И почему вы привели меня к сауне? Вы что? Детей в предбаннике держите?
Голос его полон негодования!
– Потому что тут теплее всего. – Закатываю глаза и нагнувшись, выдвигаю из-под стола, на котором храню банные принадлежности, коробку с высокими бортами. – Батарея тут самая горячая.
Я предъявляю огорошенному мужику шесть пухлявых рыжих комков, дрыхнущих так, что не разберешь, где морда, где жопка.
Тишина в предбаннике заставляет меня нервничать.
– Только не надо говорить, что не признаете цвет! Один в один, и белая галочка на шее у всех.
– Коты… – медленно проговаривает мужик.
– Если быть точными, то четыре кота и две кошечки, но это не точно. Сами знаете. Потом может быть сюрприз.
– Коты и кошечки, – снова повторяет он.
– Именно. И это сделал ваш наглый питомец! Вы, значит, не кастрировали, не следили, а он мою Шашечку уже второй раз обрюхатил! И каждый раз по шесть котят! Вы знате, сколько это нервов, денег, времени? Хотя бы имеете представление, что это такое, когда твоя невинная маленькая девочка возвращается домой после грязного мужика? А потом мучается и рожает, а?
– Вам нужны были алименты на котят? – ошарашенно переспрашивает тип, который начинает казаться мне странным.
– Ну, конечно! А вы что подумали?
И тут я осекаюсь. Я ведь ни разу не сказала ему, что речь идет о зверье…
Ну охренеть, мужик!
Ну ты даешь!
– То есть ты решил, что у меня от тебя человеческие дети? – Таращу на него глаза, пытаясь переварить снизошедшее на меня откровение.
– А что я должен был подумать?
– Ну, например, что дети – это, как правило, пусть и необязательное, результат секса. У нас с тобой его точно не было!
– До того, как ты сняла свой тулуп, я тоже был в этом уверен.
Вот же ж наглая рожа! Еще и на ты без разрешения переходит! Ну да ладно, я тоже ему тыкаю.
– И что потом подкосило твою уверенность? – Упираю я руки в боки.
– А потом я подумал, что на такое я мог польститься… – Сосед окидывает меня взглядом, и я переполняюсь возмущением.