«Не хочет, чтобы кто-то знал, что она может говорить, — подумала я. — Хорошо это или плохо? Как же быть? Кому доверить свою маленькую тайну? А вдруг ее умение показывать прошлое опасно?»
— Готово, — пробормотал Эд, поднимаясь с дивана. — Наш новый дружок будет говорить и делать все, что потребуется. Теперь ты, — он поманил Хакарка. — В идеале нам необходимо зелье, но его варить несколько месяцев, а мои запасы остались дома. Поэтому только морок. Нестабильный и недолгий.
— Приступай, — кивнул варвар, отстегивая от рваных по бокам штанов кожаный ремень с закрепленным топором и ножами.
— Предпочитаешь быть томным брюнетом или жеманным блондином? — усмехнулся Эд, закатывая рукава.
— Предпочитаю ускориться, — сердито ответил мой супруг, разминая широкие плечи и крепко сжимая кулаки. Происходящее ему не нравилось — это было очевидно. А вот Эд наслаждался ситуацией.
— Что ж, давай посмотрим на тебя. Красавец, конечно, вряд ли получится, но… ты возьмешь их всех харизмой.
С пальцев Эда сорвалось несколько серебряных паутинок. Они долетели до напряженного Хакарка и стали окутывать его, разрастаясь и истончаясь. На какое-то мгновение супруг скрылся от наших глаз полностью, оставаясь в импровизированном магическом коконе с головы до ног. А как только волшебные путы истаяли, я не поверила глазам: перед нами стоял молодой рыжеволосый мужчина с тонкими, словно точеными чертами лица, пухлыми розовыми губами, синими невинными глазами и длинными пушистыми ресницами, загнутыми кверху. Просто мечта любой девушки… Ну или мужчины со странными вкусами.
Все было чудесно, пока Хакарк не открыл рот и не пробасил:
— Хватит смотреть, дырку во мне протрете!
— А вот и загвоздка, — поморщился Эд. — Морок не изменит голос и нрав. А нам нужно что-то пониже и поспокойнее. Говорят, если ударить посильнее… — задумчиво договорил наш маг.
В следующее мгновение все как-то одновременно уставились на пуговки брюк Хакарка.
Супруг медленно обернулся, взял в руки топор и прохрипел, хмуро оглядывая каждого из нас:
— Думаю, и так все хорошо.
— Ну… — Эд задумчиво склонил голову к правому плечу. — Топор — это весомый аргумент, братец. Но! Хотелось бы выжить во время этого приключения. А посему напоминаю мудрую людскую поговорку: «Молчание — золото». Тебе бы не помешало применить ее на практике. Топор тоже оставим здесь. Красивый, но абсолютно немой раб желаний… по-моему, звучит невероятно притягательно!
Тут взгляд Эда скользнул в сторону Фриды, и я уловила двойной смысл сказанного.
— Заканчивай! — раздраженно потребовал Хакарк, зло зыркнув в мою сторону. — И нечего смотреть на меня с таким обожанием, женщина! Под мороком я все тот же: страшный, грубый и бесчувственный варвар и негодяй! Пора привыкнуть, что вышла замуж за северянина, и принять этот факт!