– А почему бы и нет? – игриво подмигнула подруга. – Если добавить несколько нюансов, получится вполне рабочий план! Назначишь ему встречу у нас в офисе, якобы для конспирации, чтобы жених не узнал. И пока он тебя там ждёт, я с ним познакомлюсь, поражу остроумием, очарую харизмой… влюблю в себя по уши! Ты, само собой, на встречу не приедешь. У тебя по дороге, ну не знаю… машина сломается! Колесо отвалится! А может, и того хуже случится авария, ничего серьёзного, конечно, но снимок головы для подстраховки, всё же, сделать придётся! По рукам? Ева, ты мне должна, я нашу общую фирму тяну одна, чёрт знает уже сколько времени, – напомнила девушка в качестве неоспоримого аргумента.
– По рукам, – сдалась я. – Только давай уже после свадьбы, а? Сейчас совсем нет времени на всякие сомнительные интриги.
– Ну уж нет! Только до! Он будет моей парой у тебя на свадьбе. Давай прямо сейчас ему напишем или позвоним, это займёт ровно одну минуту! – Вика уже тянулась к моему телефону с горящими глазами, предвкушая начало операции «Захват века».
Из свадебного салона Вика вышла хмельная и довольная, а я хмурая и терзаемая чувством вины за подстроенную ловушку Руслану.
Доронин, который все два часа терпеливо ждал в машине, заметив нас, тут же вышел из салона, забрал у меня коробку с платьем и, подозреваю исключительно из вежливости, предложил Виктории её подвезти. Подруга отказалась, сославшись на какие-то «важные дела в этом районе», на том и попрощались.
– Восемь уже, – тронувшись с места, заметил Дмитрий, поглядывая на часы. – Ты голодная? Поужинаем где-нибудь?
– Может, потерпим до дома? Пока протолкаемся по этим пробкам и так вернёмся поздно. А если мы ещё и задержимся хотя бы на час, рискуем застать Егора спящим в кровати, – отказалась я.
Когда мы заехали во двор дома, то увидели припаркованный автомобиль родителей Димы. Перспектива встречи с ними в мои планы никак не входила. Нет, они хорошие, интеллигентные люди, от которых я не услышала ни одного плохого или грубого слова в свой адрес. Они обращались со мной уважительно, и, тем не менее, в их присутствии я чувствовала себя крайне некомфортно. Я буквально ощущала от них немой, но очень ощутимый укор, ведь я та, кто скрывала от них желанного и долгожданного внука целых четыре года! Как-то раз, когда мой взгляд случайно столкнулся со взглядом отца Димы, я будто прочитала в его глазах: «Бессовестная, ведь я мог и не дожить до встречи с внуком…».
Первое, что я услышала, когда мы с Дорониным зашли в дом, это отчаянный плач Егора. Мой мальчик захлёбывался в слезах и с надрывом кричал: