– Ну я же выполнял. Когда не забывал. А ты мне все время напоминаешь, так что забыть мудрено. Что теперь? В какой ты беде?
– В самой страшной, – фея подскочила к нему, ее глаза так и сверкали гневом. – Мое сердце заледенело от твоей холодности. Из-за тебя я потеряла покой и не могу быть хорошей феей согласия. Ты думаешь, мне власть нужна? Все эти интриги, заговоры, распри и союзы, даже этот брак Розабеллы с Гектором – все это я затевала только для того, чтобы тебя развлечь. А ты влюбился в нее? В глупую смертную девчонку, которая даже не поймет, что ты такое?
Дух поднял на фею затуманенные глаза.
– Твои лилии невыносимы, – сказал он. – Что я такое? Тень самого себя. Вот Розабелла – она другая. Чистая, нежная. Глаза такие ясные, что радужки отбрасывают солнечные зайчики с двух сторон на переносицу. На левом виске бьется голубая жилка, а на правом нет. Уши просвечивают на солнце… Она знает всех древних поэтов – хотя это я бы мог их знать, причем лично – и все равно краснеет до ушей, если сказать ей нескромное слово. Еще и о налогах рассуждает. С ума от нее можно сойти…
– Ты и сошел с ума, – Вивиана подошла к Сайрусу вплотную, ухватила тонкими пальцами за подбородок.
– Посмотри на меня. Я – твоя равная. Я знала вкус твоих поцелуев, когда они еще были горячими. Вернись ко мне, и я, возможно, позволю тебе поцеловать ее. Один раз. Чтобы ты убедился, что ее сон нерушим, а твоя любовь – так, временное помешательство.
С этими словами фея прижалась к Сайрусу, обняла, поцеловала так, будто пыталась силой влить в него свои чары.
И отпрянула, потому что прикованный дух ветра весьма нечутко смеялся прямо в поцелуй.
– Щедрое предложение, – выдавил он сквозь смех. – Ну какая ты мне ровня, фея? Что ты навертела в свое заклятие, какую-то особенную честность? Я даже не в силах хитрить с тобой, до того мне скучно. Ты же знаешь, что ветер нельзя запирать надолго. Когда эти цепи лопнут, от твоего замка не останется даже пыли. И от тебя тоже. А вечных заклятий не бывает.
Фея Вивиана уже снова выглядела спокойной.
– Посмотрим, – только и сказала она.
В наступившей тишине был слышен лишь нарастающий гул, идущий из груди прикованного духа.
В этот напряженный момент Ася решила аккуратно переступить с ноги на ногу. Ну просто ноги уже затекли стоять скособочившись и припав к сырой стене.
Аккуратно не получилось. Под ногой предательски хрустнуло, а потом еще и вероломно хлюпнуло. Случайный камешек выскочил из-под подошвы и канул в лужу.
Вивиана резко обернулась:
– Кто здесь?
Сайрус тоже повернул голову, прислушиваясь.